Оптинский календарь. Август. - Паломническая служба «Назарет»

Снимок Александра Пашина
Перейти к контенту

Оптинский календарь. Август.


Телефон: 8-910-525-15-42
e-mail: kachlena@mail.ru

1 августа день памяти иеродиакона Кирилла (Зленко).
(†19 июля /1 августа 1929)
Кирилл Евдокимович Зленко родился в 1888 году в Полтавской губернии. В Оптину поступил около 20 лет от роду и был одним из письмоводителей и духовных чад преподобного Варсонофия. В 1908 – 1912 годах он проходил военную службу, после чего вновь подвизался при преподобном Варсонофии, но уже в Старо-Голутвином монастыре, и с гробом почившего старца вернулся в скит.
В сан иеродиакона отец Кирилл был рукоположен 24 июня 1913 года. В 1916 – 1925 годах был на фронте. После разгона Оптиной он жил в Козельске на одной квартире с преподобным Никоном. Вместе они посещали городской Успенский собор, где пели на клиросе. В 1925 году по приглашению игумении Софии (Гринёвой) оба они были в Киеве, где отец Никон постриг много послушниц Покровского женского монастыря в мантию. В 1927 году вместе с преподобным Никоном был арестован и отец Кирилл. Находясь в калужской тюрьме, он получал помощь от духовных чад преподобного Никона. В письме отцу Никону отец Кирилл жаловался на невыносимую обстановку в тюрьме, постоянную брань и разборки заключённых, из-за которых он целыми днями вынужден был скитаться вне камеры, на улице, чтобы иметь возможность молиться.
В 1929 году иеродиакон Кирилл был сослан в Туркестан, где обострился его туберкулёз, которым он заболел, ещё будучи оптинским послушником. В ссылке за ним самоотверженно ухаживала Анастасия Бобкова (впоследствии схимонахиня Анастасия; †1978), сестра Ирины Бобковой (схимонахиня Серафима; †1990). В 1928 году отец Кирилл писал в ссылку отцу Никону: «…Незадолго перед отходом в вечность наш отец и наставник Старец Варсонофий мне сказал: „Через 10 лет тебя постигнут скорби!”. Слова эти не отозвались особенно в сердце моём, но в нём я их тогда сложил. Исполнилось 10 лет со дня смерти Старца, и предсказание его начало сбываться: в 1923 году — выгнан из монастыря, в 1925 и 1926 — известные вам мои „визиты” в калужскую тюрьму и, наконец 1927 год — далекая ссылка…»
После Туркестана отец Кирилл переселился в город Белёв Тульской области, поближе к Оптиной, откуда также был выслан и поселился в городе Козлове (ныне Мичуринск) Тамбовской области, где 19 июля /1 августа 1929 года преставился ко Господу. Перед смертью его причащал преподобный Севастиан Карагандинский (один из последних Оптинских святых).
На фотографии стоит слева Кирилл Зленко.



Калужская икона.
В Оптину Пустынь ежегодно приносили Калужскую икону Богоматери. В монастыре с этой иконой совершались крестные ходы. Оптинский летописец сообщает, что 7 августа 1916 года она вновь была принесена в Оптину.
Вечером братия скита ходила за иконой в монастырь, и она торжественно была перенесена в Иоанно-Предтеченский храм скита. На следующий день был совершён торжественный крестный ход со святыней. У всех участников, пишет летописец, было ощущение присутствия Царицы Небесной. В этом событии приняли участие гости монастыря: архимандрит Вениамин Федченков (духовник Белого движения в гражданскую войну), инспектор Казанской духовной академии архимандрит Гурий. Возглавили крестный ход архимандрит Исаакий и скитоначальник игумен Феодосий.



Старец Анатолий Потапов.
12 августа день памяти старца Анатолия младшего (Потапова).
Преп. Анатолий один из последних оптинских старцев, которому суждено было увидеть разорение Оптиной Пустыни в начале XX века. В это страшное время революции и слома устоев Русской жизни в Оптину Пустынь к о. Анатолию, который отличался необыкновенной любовью к людям и даром утешения, устремились тысячи людей.
Преп. Анатолий (Александр Александрович Потапов) родился в Москве в семье мещан. В Оптину поступил 1885 году и был келейником великих старцев Амвросия и Иосифа. Был духовником Шамординского монастыря. В 1908 году старец переселился из скита в монастырь, в келью при Владимирском храме. Старца очень любил простой народ, и здесь он был доступнее для многочисленных посетителей, особенно крестьян.
В 1914 году монастырь посетила вел.кн. Елизавета Федоровна. Её исповедовал старец Анатолий, и долго с ней беседовал.
Среди тех, кто пользовался советами батюшки были: архиеп. Серафим (Соболев), митр. Трифон (Туркестанов). В 1905 году у старца Анатолия искал разрешения важных вопросов христианской жизни о. Павел Флоренский.
Особенная любовь и духовная близость у батюшки была с прав. Алексеем Мечёвым, московским «старцем в миру».
Два духовно близких старца: Анатолий и Нектарий стали опорой Оптиной Пустыни в смутное предреволюционное и революционное время.
«Всегда смиренный и никогда не унывающий» – в народе его ласково называли Анатолием-утещителем, а ещё – вторым Серафимом.
После закрытия монастыря старец был арестован, правда, ненадолго. Вернулся он в обитель еле живой, но со светлой улыбкой и благодарением Господу, и рассказывал всем какие замечательные люди были его конвоиры, охранники, следователи. Ни про одного из них он не сказал ни одного плохого слова. 11 августа за ним пришли вторично, чтобы арестовать. Старец попросил: «Приходите завтра, я буду готов». Видя преклонный возраст батюшки, конвоиры отступили. Ночью, во время молитвы старец умер. Пришла комиссия: «Ну что, готов ли старец?» – «Готов»,– ответил келейник. Преподобный Анатолий был готов к погребению.
В 1998 году мощи старца были обретены и покоятся во Владимирском храме.
Из поучений старца Анатолия.
Однажды батюшку спросили: «Есть ли польза в чтении духовных книг, если почти сразу забываешь прочитанное». Старец велел принести чистый и грязный кувшин, и велел наливать и выливать воду из грязного кувшина, пока он не очистился и не осталось ни одной капли воды. «Ну что, он совершенно пустой? Хотя в нём не осталось воды, но кувшин сделался чистым. Так и чтение духовных книг, хоть и забывается, но созидает чистоту души», – сказал батюшка.



Архиерейский Юбилейный Собор, проходивший в Москве 13 – 16 августа 2000 года, заслушал доклад митрополита Крутицкого и Коломенского Ювеналия, Председателя Синодальной Комиссии по канонизации святых, о результатах деятельности Комиссии за межсоборный период. По докладу митрополита Ювеналия было принято решение:
«...Причислить к лику святых Русской Православной Церкви для общецерковного почитания в лике преподобных … Оптинских старцев: иеросхимонаха Льва, иеросхимонаха Макария, схиархимандрита Моисея, схиигумена Антония, иеросхимонаха Илариона, иеросхимонаха Анатолия I, схиархимандрита Исаакия I, иеросхимонаха Иосифа, схиархимандрита Варсонофия, иеросхимонаха Анатолия II, иеросхимонаха Нектария; как преподобноисповедника иеромонаха Никона; как преподобномученика архимандрита Исаакия II.
Честные их останки, у коих такие обретаются, считать святыми мощами; а у коих не обретаются, оставить на Божие произволение.
Службы сим святым составить особые,
Память их праздновать: Собору Оптинских старцев – 11/24 октября;
Писать прославляемым святым иконы для поклонения,
Напечатать жития их для назидания и наставления в благочестии чад церковных.
От лица Освященного Юбилейного Архиерейского Собора объявить о сей благой и благодатной радости прославления сих святых пастве Всероссийской.
Сообщить имена сих святых Предстоятелям братских Православных Поместных Церквей для включения их в святцы.»



15 августа день тезоименитства иеромонаха Василия (Рослякова).
Иеромонах Василий (Росляков), прожив в монастыре всего 5 лет, оставил неизгладимое впечатление о себе в душах всех тех, кто его знал, кто наблюдал за ним только со стороны, кто общался с ним даже один раз в жизни. Воспоминания о нём рисуют облик высокодуховного иеромонаха, привлекавшего своею святостью и скромностью взоры как новоначальных, так и духовных лиц.
Вот воспоминание игумена П., свидетельствующее о силе слова о.Василия: «Однажды была моя очередь крестить, но я смутился вот от чего: приехала с кинокамерой высокопоставленная чета из мэрии, и женщина не хотела погружаться в воду с головой и портить специально сделанную для съёмки красивую причёску. Я не знал, как тут поступить, и о.Василий вызвался меня заменить. Перед крещением он сказал проповедь, и сказал её так, что женщина была растрогана и уже не думала о причёске. Кстати, я заметил, что о.Василий перед крещением говорил каждый раз новую проповедь. У него не было дежурной заготовки на все случаи. Он говорил, как хотела сказать его душа в этот час и этим конкретным людям».



17 августа 1835 года последовала кончина рясофорного монаха Павла (Тамбовцева), сына белгородского купца. Отец Павел скончался во время совершаемого над ним Таинства Елеосвящения в твёрдой памяти. Было ему жизни земной неполных 26 лет.
Его судьба не совсем обыкновенна. Ему почти не пришлось учиться в миру, но он был весьма усерден к чтению Священного Писания и отеческих книг. В скит он поступил в 1829 году двадцати лет. Из учеников старца Леонида он был наиболее ревностным. Находясь при старце, отец Павел помогал ему в писании ответов на письма и в свободные минуты занимался перепиской святоотеческих творений.
Он скончался в августе 1835 года, неполных двадцати шести лет. Великая скорбь о поступке любимого им родного его отца, покончившего жизнь самоубийством, уложила его на смертный одр. Перед тем были у него видения, сильно тревожившие его душу. Раз в Предтеченском храме, читая по установленной непрерывной чреде Псалтирь по усопшим, он увидел как бы своего двойника на клиросе. Прекратив чтение и поклоны, отец Павел подошел к клиросу, но тут призрак пропал. Старец, которого он разбудил, успокоил его и послал снова читать. Затем он увидел поистине страшный сон, который он также немедленно пересказал старцу. В этом сне его, отца Павла, распинали на кресте какие-то люди, которых он не видел, а лишь слышал их голоса. Когда вбивали поочередно гвозди то в одну руку, то в другую, он сквозь сон ощущал невыносимую боль. В сделанной им записи этого сна далее следует: «Затем подали другой гвоздь, подобный первому, и начали вбивать его в левую мою руку. Здесь хотя я и ощущал боль, только несравненно легчайшую первой. Подали третий гвоздь, которым назначено было прибить ко кресту правую мою ногу. Видя, как этот гвоздь был устремлен на меня, я поколебался в духе и хотел воскликнуть: “Помилуйте!”. Но, будучи удержан изнеможением собственного духа, ощутив свой недостаток в терпении, за коим, однако ж, следовало в сердце большее первого желание претерпеть, я обратился умом своим ко Всемогущему Богу, имея в душе неизъяснимую уверенность в том, что Он мне поможет. С такою надеждою я мысленно просил Бога об укреплении: трепетал, желал претерпеть и боялся неустойки, сообразной слабости непостоянного моего духа. Вонзили гвоздь. В духе я весьма ослабел; однако ж, невольно вынесши боль, я скоро начал чувствовать облегчение, потом умеренную болезнь… Подали четвертый гвоздь… Подали пятый гвоздь, который прямо приближался против моего сердца. Начали забивать. Душа, как будто собрав в себя пораженные слабые силы, оставила меня без чувств на кресте и, излетев из тела, держима была несколько минут каким-то невидимым и неизъяснимым существом. Глаза мои омертвели и закатились. Голова склонилась…».
Выслушав этот рассказ, отец Леонид сказал, что сон – благодатный, так как бесы, могущие изобразить не только во сне, но и наяву Самого Христа, Ангелов и святых, не могут изобразить святого Креста, на который диавол, трепещущий от него, не смеет и взглянуть. «Воля Господня да будет! – сказал старец, – Иди, не беспокойся. Верен Бог!» Видя скорбь своего ученика, преподобный Леонид позволил ему молиться за наложившего на себя руки отца, исполняя этим «долг любови и обязанности сыновней». На вопрос отца Павла, как надо в таком случае молиться, старец ответил: «По духу добродетельных и мудрых так: “Взыщи, Господи, погибшую душу отца моего; аще возможно есть, помилуй. Неисследимы судьбы Твои. Не постави мне во грех сей молитвы моей. Но да будет святая воля Твоя!”».
В Житии Оптинского старца иеросхимонаха Льва помещены составителями «Ответы» старца на вопрошения отца Павла, который и записал все это, – всего 23 вопроса с обстоятельными ответами. Ответы эти даны были по писаниям святых отцов, но в них выразился и собственный аскетический опыт старца, испытавшего испытанное другими с древних времен до последних дней. Ни одна чёрточка в этих ответах не устарела, и универсальность их не сузилась до рассуждения о душе лишь одного человека.
Вот, например, двенадцатые вопрос и ответ: «Ощущая в себе не только склонность, но и самые действия тщеславия и желая оного избавиться, каким образом можно успеть в том?
– Если ты будешь продолжать послушание с откровенностью, если не будешь ни в чём настоятельно склонять старших к соглашению с твоей волей и выискивать их благоволение к себе, если совершенно повергнешь свое ничтожество перед Богом, то всемогущею благодатию Его можешь, со временем, избавиться от тщеславия. Сия страсть от юности до преклонных лет и до самого гроба нередко простирается. Она не только страстных преуспевающих, но иногда и совершенных преследует, почему и требует немалой осмотрительности. Бесстрастный Творец лишь может искоренить её. О! Коль трудно избегнуть сего яда, убивающего плоды и самых зрелых добродетелей».



23 августа день монашеского пострига иеромонаха Василия (Рослякова).
«Сейчас иное время, – говорил отец Василий, – и мы не в силах нести тех подвигов, которые возлагали на себя древние, но понуждать себя просто необходимо. Хотя я и немощен, но сердце мое жаждет древних монашеских подвигов, в коих спасались святые Отцы наши».



Из летописи Оптиной пустыни 1853 года.
«Сего числа (13/26 августа) Карл Карлович Зедергольм присоединён к Православию в скитской церкви протоиереем Козельского собора в присутствии о. архимандрита (о. Моисея) и Батюшки (старца Макария).
Обряд присоединения, при всей простоте своей, трогателен и величественен:
Действие начинается в притворе храма. Обратясь лицом к западу, новообращённый отрекается от заблуждений своего прежнего верования, потом читает вслух те догматы Православия, в которые обязуется веровать, особенно при присоединении к Православию (то есть те, которые отвергнуты в лютеранстве), как то: Таинство Евхаристии … и Пресуществление Даров; Таинство Миропомазания, Елеосвящения, Священства и Брака, призывание молитвенной помощи Угодников Божиих и почитание их мощей, почитание святых икон… Потом читает Символ веры и после сего вводится в церковь и поставляется пред аналоем посреди церкви, где целованием Святого Евангелия и Креста ещё раз подтверждает клятвенно, что до кончины своей жизни будет хранить догматы и уставы Православия, предавая ещё раз анафеме лютеранские заблуждения.
Новообращённый произносил отречение от лютеранства и исповедание православной веры с чувством и твёрдостию духа. …Затем совершено было над ним Таинство Миропомазания. Все присутствовавшие с чувством заключали раба Божия Константина в объятия, торжествуя дарованную ему Богом победу над заблуждением, желая, чтобы он укрепился на спасительном пути …
Присоединение происходило между ранней и поздней обедней. За поздней обедней Константин Карлович приобщился Святых Тайн, а в пятницу ещё раз причастился. …В воскресенье, отслужив в скиту благодарственный молебен, уехал обратно в Москву, унося в сердце, как он сам исповедовал всем, самое искреннее воспоминание о нашей обители. Да и кто и где бы принял и обласкал его так как наши Старцы, – это поистине первый знак благоволения Господня к его обращению, что оно свершилось у нас.»



28 августа
Поздравляем с праздником Успения Богородицы!
В главном храме Козельска – Успенском соборе, после закрытия Оптиной Пустыни собралась часть оптинской братии. Был создан хор из монахов. В монашеском хоре состояли: отец Геронтий (Ермаков, бывший келейник старца Варсонофия (умер в ссылке), отец Родион (прославлен в лике святых, как Рафаил Шейченнко), отец Василий (бывший оптинский канонарх), отец Акакий, отец Игнатий.
В храме служил епископ Михей (Алексеев). Он поступил в Оптину по благословению св.прав. о.Иоанна Кронштадтского. Ему ставится в заслугу то, что в Козельске не было обновленцев, ибо их он принимал в общение не иначе как через покаяние.
Изгнанный из обители в июне 1924 года преп. Никон поселился в Козельске. Он также служил в Успенском храме, принимал народ, выполняя свой пастырский долг.
Сослужил в этом храме и оптинский иеродиакон Севастиан (прославлен в лике святых как Севастьян Карагандинский).
По преданию главный храм города Козельска – Успенский собор был построен на месте, где в 1238 году на территории крепости малолетнего князя Василия Козельского находилась деревянная церковь, в которой закрылись последние защитники твердыни и сгорели заживо, но не отдались в руки татаро-монголам.
Подлинное время возведения каменного здания храма нам до конца не известно. Церковь имела три придела: в честь Успения Пресвятой Богородицы; в честь святителя Николая Чудотворца и в честь пророка Божия Ильи. Собор – характерный образец архитектуры провинциального русского классицизма. Принадлежит к типу ротондальных (круглых) построек, выполненных в византийском стиле.
Собор был закрыт в 1928 году и переоборудован в дом Соцкультуры. Во время Великой Отечественной войны в период оккупации Козельского района фашистами, храм был осквернен, в нём находилась немецкая конюшня. С 50-х годов XX века храм использовался как здание районного Дома культуры, показ фильмов и танцы было главным его предназначением. Длительное время здание не ремонтировалось и к концу XX века пришло в полуразрушенное состояние: без куполов и крыши, без пола, окон и дверей.
В 2001 году в епархию обратился житель Козельска Владимир Иванович Агулин с инициативой восстановить Успенский собор. После передачи храма Калужской епархии 15 ноября 2001 года началось его восстановление.
Наблюдение за восстановительными работами и духовное окормление прихода было поручено протоиерею Валерию Даниличеву, благочинному 5 округа и настоятелю Благовещенского храма города Козельска.




Поиск по сайту.
телефон
8-910-525-15-42
117463, г. Москва, Новоясеневский пр-т., д.42
Назад к содержимому