Оптинский календарь. Май. - Паломническая служба «Назарет»

Снимок Александра Пашина
Перейти к контенту

Оптинский календарь. Май.


Телефон: 8-910-525-15-42
e-mail: kachlena@mail.ru

9  12  13  14  15  16  18  22  26  30
9 мая
Ежегодно в День Победы насельницы Шамординской обители молитвенно поминают погибших в Великой Отечественной войне: по окончании Божественной литургии служат панихиду, а затем на монастырском кладбище совершается заупокойная лития у памятного креста павшим воинам.


Краткая справка
В военные годы Шамординский монастырь, хранимый молитвами преподобного Амвросия, не подвергался обстрелам: немецкие части прошли мимо, в то время как вокруг шли бои, Калуга и Козельск были захвачены немецкими войсками. После оккупации с 1942 г. на территории обители находился военный госпиталь, переведенный из леса возле Оптиной пустыни.

Шамордино было удобным местом для расположения лечебного заведения: были хорошие пути для приема и эвакуации раненых, а также наличие жилых помещений для размещения медицинских служб и больных.
Госпиталь был рассчитан на 1000 человек и принимал легкораненых. Лечение совмещалось с физической, боевой и политической подготовкой; в госпитале сохранялся воинский распорядок, подчиненный, однако, восстановлению здоровья и боеспособности солдат.

Сохранились воспоминания о том времени начальника госпиталя подполковника В.Л. Лапидуса: " Помещения обители приспосабливали под специфические нужды лечебного учреждения. На базе госпиталя проводились различные армейские и медицинские совещания, научно-практические конференции с участием известных ученых (профессоров С.И. Банайтиса, В.В. Гориневской и др.), также приезжал командарм И.Х. Баграмян".



Сотрудники госпиталя и находившиеся на лечении отмечали необыкновенную атмосферу тишины и благодати. Многие замечали, что в Шамордине всё делалось и получалось как-то легче, чем в других местах. Монастырский дух не исчез за годы безбожия – молитвы великих Оптинских старцев и шамординских сестер покрывали это святое место. Так, В.Л. Лапидус вспоминает: «Зимой 1942–1943 гг. госпиталь на две недели стал армейским домом отдыха для офицерского состава. Сюда собрались армейские герои боев, молодые лейтенанты, капитаны. Известно, что в те времена в армии в почете были лихачество и ухарство, помогавшие в бою. Так вот, характерно было, что, вступая на шамординскую землю, все как бы притихали. В поведении солдат и офицеров царило какое-то умиротворение, нарушений дисциплины не было. При этом ни командованию госпиталя, ни политработникам не приходилось в этом отношении прилагать каких-то усилий. Всё делалось само собой».

Этот период военной жизни В.Л. Лапидус и его сотрудники, бывшие в шамординском госпитале, надолго запомнили и вспоминали в мирное время с благоговением и благодарностью.
12 мая



12 мая день памяти святителя Игнатия Брянчанинова. Его отец был пажом (человек на придворной гвардейской службе) при императоре Павле I. По настоянию отца будущий святитель поступил в Военное инженерное училище в Санкт-Петербурге — одно из самых элитных на тот момент. Дмитрий (его мирское имя) был знаком с тогдашним высшим светом: с Александром Пушкиным, с Василием Жуковским, с великими князьями, с будущим императором Николаем I. Но, несмотря на то, что Дмитрий с самого детства был полностью включён в светскую жизнь, его тянуло к монашеству. И когда будучи студентом, он окончательно решил уйти в монастырь, случился характерный для его жизни эпизод. Отговаривать юношу от этого шага поручили великому князю Михаилу Павловичу. Встретившись с молодым человеком, тот сказал ему, что «гораздо почетнее спасать душу свою, оставаясь в мире», — мысль сама по себе была не крамольной. Но будущий святитель ответил со свойственной ему категоричностью, что «остаться в мире и желать спастись — это, Ваше Высочество, все равно, что стоять в огне и желать не сгореть».

С этого начался очень непростой путь. Человек из светского круга, аристократ, всеми силами пытался проникнуть в духовное сословие, в церковную среду. Само монашество в XIX веке по большей части было простонародным, и святитель Игнатий (тогда еще послушник Димитрий) оказался здесь совершенно чужим. Это осознание своей «неприкаянности» он носил в себе всю жизнь. Поэтому святитель Игнатий так долго не мог прижиться ни в одном монастыре. Поэтому он хоть поначалу и был духовным учеником преподобного Льва Оптинского, в конце жизни признавался, что его в монашеской жизни вели неправильно — через изнурительный физический труд, внешнее смирение и абсолютное подчинение духовнику. Это было нормально и привычно для человека из простого народа, но оказалось неприемлемым для него, человека, сформировавшегося в совершенно других условиях. Неслучайно мы читаем у него: «Богодухновенных наставников у нас нет сегодня». И святитель пишет это при жизни знаменитых оптинских старцев…

Существовал один аспект, который принципиально отделял святителя Игнатия от духовно-академической школы того времени. Школа настаивала, что основным и уникальным по своему значению богословским источником, к которому необходимо апеллировать при решении тех или иных теологических проблем, является Священное Писание. Святоотеческое же наследие должно испытываться на свое согласие или не согласие с Писанием, то есть на отцов надо смотреть через Писание.

Святитель Игнатий же предлагал иную богословскую модель. Он говорил, что, поскольку мало знать Евангелие, но нужно его еще и понимать, то и следует обращаться к тем, чья жизнь была воплощенным Евангелием. По мысли святителя, это, прежде всего отцы-аскеты, авторы, чьи сочинения вошли в «Добротолюбие» (сборник духовных сочинений IV–XV веков). Иными словами — на Писание надо смотреть через отцов.
По материалам статьи Павла Хондзинского.

12 мая день памяти великого оптинского старца Нектария и День Жён Мироносиц.
В 1963 г. в Калуге, в Георгиевском, что за верхом, соборе в День Жён Мироносиц прямо во время проповеди скончался исповедник епископ Стефан Никитин.
Будущий епископ, а тогда ещё молодой врач, приезжал к старцу Некларию в село Холмищи, где тот жил после закрытия Оптиной. Перед молодым доктором Никитиным, только что закончившим университет, встал вопрос, заниматься ли ему научной работой, что ему настоятельно предлагалось, или стать практикующим врачом. По предложению Бориса Холчева Сергей Алексеевич решил спросить совета у старца Нектария Оптинского. Добираться до Холмищ было очень непросто: поездом – до Сухиничей, дальше – как-нибудь – около десяти километров до Козельска, где после закрытия монастыря жили несколько оптинских монахов, а от Козельска – на лошадях.
Иеромонах Никон пригласил С.А.Никитина сопровождать его. Прибыли они на место вечером, к началу всенощной. Старец чувствовал себя плохо и находился в своей келии. Сергей Алексеевич, погружённый душой в прекрасную уставную службу, истово молился.
Перед Великим славословием отец Нектарий вышел из-за перегородки и направился к возглавлявшему службу отцу Никону. Шёл он тяжело, ковыляющей походкой. Увидев привычного для невропатолога пациента с симптомами прогрессирующей возрастной патологии, Сергей Алексеевич расстроился. Он автоматически поставил ему диагнозы общего атеросклероза, склероза сосудов головного мозга, очевидно, с нарастающим старческим слабоумием. Взяв под сомнение умственные способности старца, подумал: «Что я смогу от него получить? Он же совершенный рамолик (ramolli – фр. страдающий разжижением мозга), напрасно я приехал».
Разволновавшись, он не смог больше молиться. Служба окончилась, все стали подходить к старцу под благословение, но Сергей Алексеевич не посмел в таком состоянии духа. Отец Никон сам подозвал его и привёл к старцу на беседу. Говоря о современном положении Церкви, отец Нектарий сравнил её с Ноевым ковчегом, носимым бурными водами потопа, затем коснулся исторических особенностей эпохи, в которую строился ковчег.
А знаете, господин доктор, – спросил он вдруг, – когда Ной ковчег-то строил, что вокруг него люди говорили? Умные всё были люди, образованные. Они говорили: «И что это за старикашка ковыляет? У него, наверно, атеросклероз, склероз сосудов мозга, старческое слабоумие. И как это ещё по-вашему, по-научному? Да он совершенный рамолик!»
Услышав повторёнными все возникавшие у него мысли, Сергей Алексеевич был настолько потрясён, что совсем забыл спросить о том, ради чего приехал.
Старец сказал участливо:
– Небось устали с дороги, а я вам про потоп.
Пользуясь оказией, старец стал писать письма. Сергей Алексеевич быстро заснул. Под утро он проснулся, заслышав шаркающие шаги. Старец вынес из келии письма и положил их на стол. Подойдя к дивану, на котором лежал гость, он благословил его и сказал скороговорочкой:
– Врач-практик, врач-практик, врач-практик.
Епископ Стефан любил рассказывать об этой поездке к старцу: это было одно из чудес, явленных ему в жизни, опыт живого общения со святым человеком. И хотя насчитывается не менее пяти вариантов пересказа этого события его духовными детьми, отличающихся частностями, главное в них – переживание встречи с земным небожителем.
Ремесло врача очень пригодилось Сергею Никитину. В 1931 – 1934 годах он находился в лагере, где был заведующим медпунктом. Добивался освобождения многих заключённых от работы, а наиболее слабых отправлял в больницу. В 1935 году тайно рукоположён во Владимирской области Афанасием (Сахаровым) во иерея. В январе 1959 года был пострижен в монашество. С 19 июля 1962 года — временно управляющий Калужской епархией. За годы хрущевских гонений в стране было закрыто и разрушено шесть тысяч церквей, а владыка Стефан открыл в Калужской епархии два новых храма.


Стефан Никитин

Православный немец
13 мая 1878 года в Оптиной пустыни от воспаления лёгких скончался иеромонах Климент (в миру Константин Карлович Зедергольм, при рождении Карл Густав Адольф Зедергольм).
Его отец, Карл Альбертович Зедергольм, уроженец Финляндии, был лютеранским пастором и доктором философии. В семье было несколько сыновей, и двое из них приняли православие.
Карл был одним из лучших студентов историко-филологического факультета Московского университета. Увлекался философией Шеллинга, которая много способствовала утверждению его перехода в Православие. Началом своего обращения он называл «Переписку с друзьями» Н.В.Гоголя. Некоторое время Зедергольм был домашним учителем у И.В.Киреевского, который и направил его в Оптину пустынь: «Если вы хотите узнать основательно дух христианства, то необходимо познакомиться с монашеством, а в этом отношении лучше Оптиной пустыни трудно найти».
К православной церкви Зедергольм был присоединён 13 августа 1853 года в Оптинском скиту. На вопрос, что его отвратило от лютеранского исповедания он ответил: «Меня не „что отвратило“, а ничто не привлекло; я всегда был недоволен сухостью, безжизненностью нашего вероисповедания». После этого он поступил на службу на должность чиновника по особым поручениям при обер-прокуроре Святейшего Синода графе А.П.Толстом.
Посещение Афона окончательно определило дальнейшую судьбу Зедергольма – он вышел в отставку и поступил в Оптину пустынь послушником в число скитского братства. Главным послушанием его было письмоводительство у старца Амвросия, а также Зедергольм занимался переводом на русский язык святоотеческих книг. При пострижении в монашество он получил имя Климент. «Никакой начальнической должности не занимал, ни духовником, ни старцем не был», – отмечено в скитской летописи. Он принимал деятельное участие в духовных изданиях Оптиной пустыни, так как превосходно знал древние и современные языки; ревностно участвовал в делах обращения в православие католиков и других иноверцев.
Климент Зедергольм был привязан к своей обители и говорил: «Когда я по нужде бываю в миру, я не дождусь вернуться сюда. Мне скучно, если я не в Оптиной». В литературной деятельности он считал себя последователем архимандрита Леонида (Кавелина). Он исправил и дополнил «Историческое описание Козельской Введенской Оптиной пустыни» архимандрита Леонида, которое вышло третьим изданием (М., 1876).
Во время русско-турецкой войны 1877 – 1878 гг., в которой участвовал его брат, генерал-майор А.К.Зедергольм, Климент внимательно следил за ходом боевых действий. По его инициативе в Оптиной пустыни на проскомидии читались молитвы о даровании победы над врагами. Однажды после поражения русских войск под Плевной, немец по национальности, Климент так расстроился, что не мог совершать богослужение. Близким его другом и собеседником был К.Н.Леонтьев, который с 1874 г. регулярно приезжал в Оптину пустынь и которого передал под духовную опеку Климента старец Амвросий. Леонтьев писал: «Какою бы исполинскою силой могло обладать духовенство наше, если бы в среде его было больше людей, подобных Клименту, светски образованных и по-мирски учёных, но по воле и убеждению склонившихся пред строгим императивом церковного учения».
Перед смертью его прочили в настоятели Малоярославецкого Никольского монастыря.




14 мая празднуется память Пафнутия Боровского. Предлагаем вспомнить некоторые факты из жития святого:
• Пафнутий (мирское имя Парфений ) был этническим татарином.
• В Боровске сохранился уникальный деревянный храм, на том месте, где прежде был Высоцкий монастырь, в котором начал свою монашескую жизнь преподобный.



• Пафнутия иногда называют «духовным внуком» Сергия Радонежского, т.к. его духовный наставник ст. Никита, был учеником Сергия.
• Он обладал тонким художественным вкусом. Именно он пригласил, тогда молодого и неизвестного художника Дионисия, расписать монастырский собор, после чего художник получил всероссийскую известность.
• Святой обладал даром исцелений. Он исцелил Дионисия от кожной болезни.
• Многие ученики Пафнутия стали крупными церковными деятелями и основателями монастырей, например, Иосиф Волоцкий, митрополит Макарий.
• Житие преподобного было написано сразу после его смерти учеником Инннокентием. В нем много непосредственных наблюдений и трогательных фактов.
• Большим авторитетом Пафнутий пользовался у московской аристократии и великого князя. В конце жизши он с горечью заметил: «Много времени провел я с князьями и боярами, а пользы от этого не вижу никако».







После окончания карантина паломническая служба Назарет возобновит поездки в Боровск.

В Оптиной Пустыни с незапамятных времен почитается источник преподобного Пафнутия Боровского.  Об истории  источника рассказывает архимандрит Мелхиседек.
15 мая. Юбилей московского метро: жертвы метростроя

В 7:00 15 мая 1935 года самый первый состав московского метро отправился со станции «Сокольники» в сторону «Парка культуры». Путь занимал 21 минуту. Для столичных пассажиров тех лет это был транспортный прорыв неземного масштаба. Ведь на тот же самый путь до появления метро они тратили два с лишним часа. Первые 11,5 км метро с 13 станциями построили всего за год. Хотя зарубежные эксперты уверяли, что на это уйдет лет десять. Такие успехи были достигнуты благодаря одному обстоятельству: первая линия московского метро это не только памятник  поистине героической работы молодежи, но и невиданное по своему масштабу кладбище национальных святынь. Ведь в основание станций-дворцов легли и крепостные стены Китай-города, и священные камни стен многих московских храмов и надгробия древних некрополей.



Одной из первых жертв метростроя стал храм Христа Спасителя, взорванный 5 декабря 1931г. Материал «добытый» из этого храма пошел на облицовку станции Кропоткинская и нескольких советских учреждений.
За ним последовали храмы, стоящие на трасе соединяющей Сокольники и Парк культуры.



Это церкви Флора и Лавра и Гребневской Божией Матери на Мясницкой улице, Воскресения Христова и Успения Пресвятой Богородицы на Остоженке. А кто может ответить, сколько кирпича и камня, взятого из разрушенных московских святынь, легло в основание лучшего в мире метрополитена? Кроме того многие храмы оборудовались под столовые, общежития и склады метростроя.



Самым древним из этих храмов был храм Гребневской Божией Матери. Инициатором сноса явилась секретарь культкомиссии Мособлисполкома Чернавская. Из храма вывезли церковное имущество: паникадило, резную сень 17 в., пятиярусный иконостас с чудотворной иконой Гребневкой Божией Матери и храмовой иконой 16в. На древнейшей в Москве шатровой колокольне был уникальный колокол 1685г. Куда все это исчезло? В 1933-34 годах Метрострой, несмотря на протесты реставраторов начал разбирать храм. При проходке шахты на глубине 4м были обнаружены захоронения первого русского математика Леонтия Филипповича Магницкого и его жены. Сегодня место, где стоял храм можно легко узнать по вентиляционной решетке на станцию метро Лубянка.
Продолжение в следующих публикациях.

16 мая



16 мая церковь чтит память образа Божией матери Печерской с предстоящими Антонием и Феодосием Печерскими и Феодосия Печерского. Преподобный Амвросий Оптинский очень почитал ОБРАЗ ПЕЧЕРСКОЙ ИКОНЫ БОЖИЕЙ МАТЕРИ. Недаром он висел у него в изголовьи. Это известно из «Жития преподобного Амвросия Старца Оптинского», составленного Архимандритом Агапитом (Беловидовым):
«Самая келлия Старца вся увешана была св. иконами и портретами духовных лиц, большею частию принесенными в дар Старцу его почитателями. Между иконами особенное внимание заслуживали:
Маленькая икона Божией Матери, именуемая „Тамбовскою".
Икона Божией Матери «Скоропослушницы».
Икона св. Великомученика и Целебника Пантелеимона.
Большая картина на полотне преп. Антония и Феодосия Печерских, в средине которых, несколько выше изображение Божией Матери с распростертыми руками, а пониже церковь. Икона эта стояла над койкою старца Амвросия, в изголовьи.



Самой нарядной постройкой Скита можно назвать Святые ворота, выстроенные в эклектичных формах. Это двухъярусная постройка, в первом ярусе которой – небольшие ворота с боковыми келейками, а во втором – звонница. Небольшая розовая колоколенка из кирпича возвышалась над вратами. Икона Печерской Божией Матери изображена на восточной стене скитских врат.

Свенская-Печерская икона Божией Матери и до разорения Оптиной Пустыни большевиками, и ныне - пребывает на Святых вратах Иоанно-Предтеченского скита обители.

Свенская-Печерская икона была написана преподобным Алипием Печерским (+ ок. 1114). На иконе изображена Божия Матерь, сидящая на золотом престоле, на коленях у Нее Богомладенец, благословляющий обеими руками. Справа от трона стоит преподобный Феодосий, а слева - преподобный Антоний Печерские. На свитке у преподобного Феодосия начертано: «Владыко, Господи Боже... возгради дом Пречистыя Своея Матери мною, рабом твоим Феодосием, его же утверди недвижимо до дне суда Твоего страшного в хвалу и славословие Тебе». На свитке преподобного Антония можно прочесть: «Молю, убо вы, чада, держимся воздержания и не ленимся; имамы в сем Господа помощника».

Преподобного Феодосия Печерского не случайно называют отцом русского монашества. Так как именно он явился основателем первого общежительного монастыря на Руси, который стал примером и образцом для всех остальных монастырей.

Житие преподобного Феодосия Печерского, написанное Нестором Летописцем, стало одним из любимых чтений русского народа.

Главная дата, связанная с памятью преподобного это 16 мая, день его кончины.
18 мая день памяти схимонаха Макария Грузинова, который похоронен на скитском кладбище Оптиной Пустыни. Матвей Яковлевич Грузинов родом из петербургских купцов. Макарий жил в Александро-Свирском монастыре и был учеником великого старца иеромонаха Леонида (в схиме Льва). Старец Лев до переезда в Оптину Пустынь немногим более 10 лет прожил в Александро-Свирском монастыре, откуда в 1829 году он перешёл в Оптину Пустынь. Тогда и отец Макарий прибыл сюда же. С того времени, а может быть ещё и прежде, он был у старца келейником и находился при нем безотлучно до самой его кончины. Любил он пребывать в келлии, и любимым его занятием в келейном уединении было, по благословению старца, писать иконы и портреты, но только он не очень искусно владел живописной кистью. Замечания, которые приходилось по этому поводу слышать отцу Макарию, принимал он без огорчения, всегда соглашаясь с мнениями других, какого бы рода они ни были. Вообще, отец Макарий имел нрав тихий и кроткий и был незлобив, как малое дитя. Зная его незлобие, старец Леонид и другие монахи нередко подшучивали над ним, но он всё это переносил благодушно с самоукорением и всегда всем и во всем уступал.
16 января 1849 года он поддался лукавому помыслу сходить без благословения старца, уже отца Макария (Иванова), в Козельск, верстах в двух от монастыря. Но вскоре поднялась вьюга, и отец Макарий сбился с дороги. В глубокий вечер он потерял в снегу валеный сапог с одной ноги и едва добрался до сенных сараев, где и переночевал, а мороз в ту ночь был 24°С. Потому он отморозил у себя одну ногу, так что после сего до самой смерти ходил на деревяшке, опираясь при том на костыль, и много пострадал он от больной ноги. Отец Макарий вспомнил, что старец в свое время неоднократно говаривал ему: «Ерёма ты, Ерёма! Сидел бы ты дома, точил веретена!» В то время отец Макарий не понимал смысла слов старца, которыми тот предостерегал его от искушения, а после понял.
С 1850 по 1861 год в соседстве с отцом Макарием жил иеромонах Иннокентий (в схиме Иов), который ради Господа принял на себя труд ходить за больным и покоить его. И он так свято исполнял свой долг и с таким усердием и любовью заботился об отце Макарии, что когда скончался, то болящий отец Макарий до того опечалился, что и не думал пережить эту потерю. Совершенно растерявшись, он всем прямо говорил: «Нет, уж и мне не жить, нет, умру и я, не могу жить после него». Однако Господь судил иначе.
Кончина отца Макария последовала 5 мая 1869 года в понедельник накануне тезоименитства его духовного друга иеромонаха Иннокентия.



22 мая — один из дней памяти святителя Николая.



Скорого помощника в разных нуждах особенно почитают моряки, путешественники и экскурсоводы. Несколько лет назад произошел необычный случай с группой, экскурсоводом в которой был И. В. Г-й. Группа состояла из учеников и учителей одной из московских музыкальных школ. После обзорной экскурсии по городу И. В. начал уговаривать их зайти в Благовещенский собор Боровска, в котором сохранился чудотворный образ Николы Можайского. Группа согласилась с некоторым недоверием к рассказу экскурсовода о чудесах от этой иконы, но все- таки согласилась зайти в храм. Впервые образ святителя с мечом был явлен в Можайске во время осады города. После успешного отражения нападения врагов этот образ поместили над воротами Можайска, а затем и других русских городов, в том числе и Боровска.

Во время обратного пути в Москву произошел неприятный инцидент: водитель не справился с управлением на скользкой дороге, автобус  начал съезжать в кювет и накренился на бок. Удалось вывести из автобуса всех пассажиров, никто не пострадал. Учителя начали упрекать экскурсовода: «Что ж не помог нам твой Николай?». И.В. им ответил: «А вы посмотрите, на чем держится наш автобус!». Автобус весом 17 тонн висел  на кустах, которые не дали ему упасть в кювет.

В «Летописи по Боровскому Благовещенскому собору за 1867 год» пишут: «Храмовая икона Святителя Николая, что в приделе, особенно чтится жителями города. До 1812 г. означенная икона находилась в деревянном приписном к собору храме, стоявшем недалеко от собора... В 1812 году церковь сия сгорела и икона Святителя Николая во рве найдена около реки Протвы… Икона сия резная из дерева во весь рост человека когда получила свое начало — неизвестно…»
22 мая день памяти старца Иосифа.
Преподобный Иосиф Оптинский был духовным чадом и келейником великого Оптинского старца Амвросия. В течение тридцати лет он был его «правой рукой», и стал одним из столпов и светильников Оптиной Пустыни, вставшим на смену преподобным Амвросию и Илариону. И одним из немногих, кого можно назвать «избранником Божией Матери».
Оставшись в отроческие годы сиротой, Иван – так звали старца до пострига, претерпел много скорбей от грубых людей, голод и холод, но не ожесточился. Его постоянной спутницей была молитва.
1 марта 1861 года Иван Литовкин прибыл в Оптину. Старец Амвросий сказал: «Это брат Иван пригодится и нам и вам». Так началась монашеская жизнь молодого послушника в Оптиной рядом с великим старцем. Ивану было 24 года, и впереди его ждал иноческий путь длиной в полвека.
Вскоре послушника перевели келейником к великому старцу Амвросию, и в хибарке старца он прожил пятьдесят лет: тридцать лет рядом с преподобным Амвросием и двадцать после его смерти, когда отец Иосиф уже сам стал старцем.
Отличительной чертой старца было удивительное смирение. Своим смирением он укрощал самые бурные сердца; от него веяло всегда такой небесной тишиной, что в его присутствии самые неуступчивые, гордые люди совершенно изменялись. Старец Амвросий говаривал иногда: «Вот я пою вас вином с водою, а о. Иосиф будет поить вас вином неразбавленным».
Безнадежный грешник, побывав у старца Иосифа, обновлялся духом, изменялся к лучшему. Один такой подлинный случай описан в романе Шмелева «Пути небесные». Этот роман рассказывает о том, как под влиянием старца Иосифа родственник Шмелева – Виктор Вейденгаммер полностью изменил свою бурную, страстную жизнь и стал образцовым монахом.
В апреле 1911 года старец занемог, болезнь его постепенно усиливалась, и 22 мая он тихо отошел ко Господу. Рука усопшего была мягкой и теплой, как у живого. В 1996 году преподобный Иосиф был причислен к лику местночтимых Святых Оптиной Пустыни, а в августе 2000 года – Юбилейным Архиерейским Собором Русской Православной Церкви прославлен для общецерковного почитания. Мощи преподобного Иосифа покоятся во Владимирском храме Оптиной Пустыни.



26 мая по старому стилю или 6 июня по новому родился Александр Сергеевич Пушкин. Этот день в 1799 году  пришёлся на праздник Вознесения Христова.


«Пушкин родился в день Вознесения, — и весь его жизненный и творческий путь явил собою непрестанное восхождение к недостижимому на земле истинному идеалу Совершенства, который, в его понимании, представлял собою триединый тройственный образ Истины, Добра и Красоты. Не случайно и последние предсмертныя слова его — «выше, пойдемъ выше» — звали стремиться ввысь.



Между прочим, в день рождения Пушкина, по всемъ церквамъ шли молебны, гудели колокола и на московских улицах народ кричал «ура». Москва в этот день праздновала рождение внучки Императора Павла. Случайное совпадение двух событий (а существует ли, вообще, в Божьемъ мире случайность?) — привело к тому, что в день рождения величайшего гения России было народное ликование и колокольный звон» (проф. И.М.Андреев).

В столице на Большой Никитской улице есть  особенный храм, который в народе именуется «Большое Вознесение». Именно здесь 18 февраля (2 марта по юлианскому календарю) состоялось венчание Александра Пушкина с Натальей Гончаровой. Это событие обессмертило храм и впоследствии спасло его от сноса в советскую эпоху.



Александр Сергеевич и сам глубоко осознавал связь своей судьбы с праздником Вознесения, и, по замечанию историографа П. В. Анненкова: «Незадолго до своей смерти он задумчиво рассказывал об этом одному из своих друзей и передал ему твердое свое намерение выстроить, со временем, в селе Михайловском церковь во имя Вознесения Господня. Упоминая о таинственной связи всей своей жизни с одним великим днем духовного торжества, он прибавил: „Ты понимаешь, всё это произошло недаром и не может быть делом одного случая“».

30 мая 1911 г. завершился визит великой княгини Елизаветы Федоровны в Оптину пустынь.
Великая княгиня Елизавета Федоровна двадцать седьмого мая утром со станции Козельск проследовала в Оптину пустынь на монастырских лошадях, в открытом экипаже, прямо к Божественной литургии. При приближении экипажа к пустыни раздался звон во все колокола. Началась Божественная литургия, после которой княгиня поклонилась умершим старцам отцу Амвросию, отцу Иосифу, отцу Варсонофию, погребенным у собора с восточной стороны.
29 мая великая княгиня удостоила своим посещением Иоанно-Предтеченский скит, куда женщин никогда не пускают. Но на этот раз вместе с Великой княгиней Елизаветой Федоровной удостоились посетить скит многие женщины, бывшие в то время в обители.
Началась вечерня, которую совершал иеромонах отец Осия при участии всего скитского хора. Прослушав вечерню, Великая княгиня посетила летний скитский храм, библиотеку, находящуюся при храме, осматривала достопримечательные рукописи, проследовала скитским кладбищем в помещение для совершения молитвенного правила, на которое собираются скитяне по своему уставу в особые часы. Потом Великая княгиня посетила одну из келий монаха отца Иова, посетила старцев отца Феодосия, отца Нектария и долго с ними милостиво беседовала.
В пятницу, 30-го мая, Великая княгиня Елизавета Федороовна из пустыни направилась в Шамордино. По окончании литургии Великая княгиня Елизавета Федоровна проследовала в домик жены Сергея Васильевича Перлова Анны Яковлевны, который построил храм в этой обители и был ее главным благотворителем. После скромной трапезы в покоях игумении Валентины Великая княгиня отбыла обратно в Оптину пустынь, провожаемая всеми сестрами обители, при торжественном звоне и пении многолетия. Из Оптиной княгиня отправилась в обратный путь.



Поиск по сайту.
телефон
8-910-525-15-42
117463, г. Москва, Новоясеневский пр-т., д.42
Назад к содержимому