Оптинский календарь. Февраль. - Паломническая служба «Назарет»

Снимок Александра Пашина
Перейти к контенту

Оптинский календарь. Февраль.


Телефон: 8-910-525-15-42
e-mail: kachlena@mail.ru

1 4 6 7 7 9 16 20 27

Читая Оптинский календарь

   Оптина Пустынь была неразрывно связана с русской культурой XIX – начала XX вв. Огромное количество богомольцев разного возраста, звания и образования стремились именно в Оптину. А между тем перед октябрьским переворотом 1917 г. в Российской империи было более 1000 монастырей, около 100 тысяч храмов. Но именно сюда, в Оптину Пустынь, к старцам приезжали многие представители русской культуры: Киреевские, Н.В.Гоголь, В.А.Жуковский, Ф.И.Тютчев, И.С.Тургенев, П.А.Вяземский, Ф.М.Достоевский, В.С.Соловьев, С.М.Соловьев, К.Н.Леонтьев (в монашестве Климент), С.А.Нилус, С.А.Есенин, В.В.Розанов, И.М.Концевич, А.А.Ахматова. Обитель посещали П.И.Чайковский, Н.Г.Рубинштейн, Гончаровы (почти все родственники жены Пушкина), гр. Л.Н.Толстой, гр. А.П.Толстой (человек святой жизни, который непрестанно молился и даже носил вериги), вел. кн. Константин Константинович Романов и его дети, вмц. вел. кн. Елизавета Феодоровна и многие, многие другие. И большинство из вышеназванных лиц не просто посещали монастырь, а были духовными чадами Оптинских старцев.

***

Супруги Киреевские были усерднейшими и главными помощниками старца Макария по книгоизданию. Через Наталию Петровну Киреевскую, которая в юности была духовной дочерью прп. Серафима Саровского, издатели поддерживали связь с Московским митр. Филаретом (Дроздовым). Все философские работы И.В.Киреевского после знакомства со старцем Макарием были исканием выхода из духовного кризиса, к которому привел европейскую цивилизацию «самодвижущийся нож разума, не признающий ничего, кроме себя и личного опыта». Похоронен он был в Оптиной, близ Введенского собора. Вскоре здесь же был похоронен его брат П.В.Киреевский, собиратель русских народных песен, стихов и былин, великий «печальник Древней Руси». А через четыре года, когда умер старец Макарий, могилы учителя и ученика оказались рядом.
Ф.М.Достоевский приехал в Оптину Пустынь облегчить свое горе после смерти любимого сына Алёши. И, вероятно, именно это смиренное «припадание к ногам Старца» помогло ему воплотить в романе «Братья Карамазовы» образ «положительно прекрасного человека» — св. Старца. Батюшка Амвросий определил состояние души Федора Михайловича словами: «Этот из кающихся». А прп. старец Варсонофий рассказывал: «Достоевский, который бывал здесь и сиживал в этом кресле, говорил о. Макарию, что раньше он ни во что не верил.
— Что же заставило вас повернуть к вере?
— Да я видел рай, как там хорошо, как светло и радостно! И насельники его так прекрасны, так полны любви. Они встретили меня с необычайной лаской. Не могу я забыть того, что пережил там, и с тех пор повернул к Богу.
И действительно, он круто повернул вправо, и мы веруем, что Достоевский спасся».

***

Исповедание ереси есть изгнание своей волей Божественной благодати из души. Л.Н.Толстой, отлучённый от Церкви «великий ересиарх», одинокий, охваченный тоской, за несколько дней до кончины все же приходит в Оптину и бродит вокруг скита, но не осмеливается туда войти. А старцы его ждали... «Как грешил на целый свет, так и каяться пред ним должен». «Горд очень» — эти слова старца Амвросия точно определили недуг великого писателя, болезнь, с которой в конце жизни пытался он бороться. Умирая, он просил об исповеди. Но старца Варсонофия, приехавшего из Оптиной к нему, не допустили. «Хотя и Лев был, но не мог разорвать кольца той цепи, которою сковал его сатана», — сказал о нем Старец.

В феврале 1990 года Оптиной Пустыни был возвращён Иоанно-Предтеченский скит.
Сколь же священна эта земля – малый участок на котором расположен Иоанно-Предтеченский Скит Свято-Введенской Оптиной Пустыни! Не оградой из камня или дерева он обнесён, а живой, неумолкающей молитвой, достигающей небес: молитвами великих преподобных старцев Оптинских, многих поколений живших здесь иноков, богомольцев, собиравшихся сюда со всей Святой Руси, ибо здесь, как они полагали, к небу всего ближе, хотя и не на горах стоит знаменитый среди православных Оптинский Скит.
Где-то люди удивляются великолепным дворцам, построенным знаменитыми архитекторами, расписанным великими художниками, наполненным диковинными и драгоценными изделиями, но для православного человека, нет большего благоговения, чем при взгляде на небольшие домики Скита, где жили преподобные старцы. Сколько здесь, на мужских и женских половинах (вход для женщин был вне Скита, для мужчин изнутри), перебывало людей всех сословий! Сколько здесь было пролито слёз, сколько прозвучало чистосердечных исповедных признаний, сколько разорвано было бесовских пут, сколько надежд возродилось!
Почему именно здесь? Что за тайна в том, что Господь избрал обычное, тихое место для Своего благодатного пребывания? Может быть, потому что в земной жизни Господь был во всём прост до бедности? По образу страстей Господних, Оптина – и её Скит также – пережили суд неправый и Голгофу.
А затем – чудесное воскресение Божьей обители, перечеркнувшее все сатанинские потуги победить православное монашество.
С началом 2005 года скитские отцы возродили прежний духовно-молитвенный устав скита. Когда для мирян глухая ночь – здесь утро. С двух часов начинаются скитские правила… И вновь, как два века назад, возносятся к Богу пламенные молитвы о нас...



Летописец Оптиной пустыни инок Павел.
На рубеже XIX и XX столетий письмоводителем у старца оптинского Иосифа был о.Павел. По благословению старца инок Павел продолжил вести «Летопись скита во имя святого Иоанна Предтечи и Крестителя Господня, находящегося при Козельской Введенской Оптиной пустыни», – так написал он на титульном листе очередной книги. Летопись велась и раньше, но с перерывами, зачастую многолетними. Отец Павел возобновил её ведение, дав в летописи образцы записей и форму, которой следовали его преемники по летописанию. Благодаря этому летопись стала весьма содержательным историческим документом не только скита, но всей обители. Вот некоторые записи о.Павла за февраль 1900 года.
«Февраль 21. Первая седмица Святой Четыре десятницы. Понедельник. С сегодняшнего дня братия скита начала говение. В понедельник, вторник и четверток этой седмицы пищи на трапезе не полагается и поставляются для маломощных квас, огурцы и капуста по отходе часов. В среду и пяток полагается горячая пища (щи и кашичка), но без масла.
26. Суббота. Сегодня братия скита приобщилась Святых Таин. Вместе с братией приобщался Святых Таин флигельадьютант Его Императорского Величества полковник князь Н.Д.Оболенский, прибывший вчера в скит. Ночевал в келии иеродиакона отца Мартирия. Сегодня же после обедни отправился в своё имение близ города Козельска.» (Имение Оболенских – село Березичи в восьми километрах от Оптиной пустыни).



1 ФЕВРАЛЯ ДЕНЬ ТЕЗОИМЕНИТСТВА ПРЕПОДОБНОГО МАКАРИЯ ОПТИНСКОГО



Проживший 20 лет при старце Макарии келейник его в свое время говорил, что ни разу он не видел, чтобы старец выразил на кого-нибудь из братии неудовольствие за несвоевременный приход, не исключая даже и того часа, который он, утомленный трудами, употреблял на краткий послеобеденный отдых. Как чадолюбивый отец, он одним лишь обеспокоивался — если долго не видел у себя кого-либо из постоянно относившихся к нему. Отворяя дверь, каждый пришедший, по общепринятому в обителях обычаю, обязательно должен был произнести молитву Иисусову. Ведущая из коридора в переднюю старца дверь, когда отворялась, скрипела на своих ржавых петлях. По этому скрипу старец узнавал о приходе посетителя и немедленно выходил к нему, оставляя свои келейные занятия. Но вот однажды келейники, наскучив скрипом двери, вздумали в отсутствие старца подмазать скрипевшую дверь маслом. На другой день старец, не слыша обычного скрипа, встревожился: "Кто испортил мою дверь?" — спросил он келейников. Те сознались, что сделали это умышленно. "Исправьте! Сейчас исправьте! Пусть будет по-прежнему". Нечего делать, пришлось снять дверь с петель. Тщательно обтерли масло, и дверь опять стала скрипеть по-прежнему, возвещая старцу о приходивших и через то заменяя докладчиков…
К годовщине памяти митрофорного протоиерея Леонтия Никифорова.
Судьба Нижнепрысковского батюшки отца Леонтия – это летопись российской истории XX века.
3 февраля 2018 года, в день памяти иконы Божией Матери «Отрада и Утешение», на 88-м году жизни, скончался один из старейших клириков Козельской епархии митрофорный протоиерей Леонтий Никифоров.
Более полувека настоятельствовал он в старинном храме Преображения Господня села Нижние Прыски, расположенного в нескольких километрах от Оптиной пустыни.
«Случайностей в духовной жизни не бывает», – говорил своим ученикам преподобный Оптинский старец Варсонофий. Так и для о. Леонтия переезд его сюда, в центр России, на Калужскую землю, не был простой случайностью. Ученик и воспитанник архимандрита Бориса (Холчева), духовного чада Оптинского старца Нектария, отец Леонтий, приехав в 1963 году в Нижние Прыски, сразу же попросил показать ему знаменитую обитель. И когда ему указали на противоположный берег, где среди леса белел разрушенный монастырь, он встал на колени, перекрестился и заплакал. А постаревшие бывшие шамординские монахини, прислуживавшие при храме, с удовлетворением отметили тогда: «Наконец-то к нам приехал наш батюшка, наш – т. е. Оптинского духа». И действительно, о. Леонтий оказался пастырем, носителем того Оптинского духа, который отличался благоговейным отношением к святыне, ревностью к церковному служению и сострадательной, «старческой» любовью к людям.
Кроме этого «носительства» духовного, о. Леонтий оказался и бережным хранителем вещественных ценностей обители. Долгие годы он берег у себя в храме иконы из дореволюционной Оптиной, личные вещи Оптинских старцев, переданные ему в свое время монахинями, духовными чадами Старцев.
И надо было видеть эту радость Батюшки, когда Оптина открылась и он вернул туда сбереженные им святыни.
Долгие годы, с начала 70-х и до обретения мощей оптинских старцев, о. Леонтий возил паломников в село Холмищи Брянской области к месту погребения старца Нектария.
Вплоть до открытия Оптиной – Батюшка возил в разоренную тогда обитель группы паломников и там, на территории, выкладывал из камушков крестики, указывающие на могилки Старцев.
Безмерна его любовь ко всем нам: «Деточки, миленькие мои, хорошенькие, Бог есть Любовь, наполните себя этой любовью, живите с Богом», – так встречал он всех, приезжавших в нижние Прыски.
Мы любим отца Леонтия, благодарим Тебя Господи, что посылаешь нам таких пастырей!

На фотографиях: храм Преображения в селе Нижние Прыски; архимандрит Борис Холчев – Оптинский старец и наставник о. Леонтия; о. Леонтий.


Архимандрит Мелхиседек Артюхин:
С отцом Леонтием мы познакомились в 1984 году. Когда я учился в семинарии и выдалось несколько свободных дней, то я вспомнил, что в Калужской области есть знаменитый монастырь Введенская Оптина Пустынь, где подвизался старец Амвросий, про которого я много слышал. Было решено отправиться туда и нам подсказали, что рядом с монастырём в селе Нижние Прыски служит батюшка Леонтий, и путь в Оптину нужно держать через него, так как он являлся чадом архимандрита Бориса (Холчева), духовного сына преподобного старца Нектария.
Так и получилось. Мы группой из пяти человек, отправились автобусом в Прыски, где познакомились с батюшкой, он встретил нас с огромной радостью, как будто давно ждал. Он поведал про Оптинскую обитель, показал много слайдов и снимков монастыря.
Утром в Прыски должен был приехать Архиерей, и мы вызвались помочь готовить храм к приезду Владыки. За одну ночь мы вытащили все ковры, вымыли полы, сняли всю паутину с Алтаря и подготовили все к Богослужению.
После службы о.Леонтий повёз нас в Оптину Пустынь, где показал могилу старца Амвросия. А войдя в обитель мы были поражены увиденным – в Казанском храме стоял комбайн, на территории монастыря располагалось сельскохозяйственное училище. Крыши в Казанском соборе никакой не было, а в храм заезжали через пролом, пробитый в Крестовоздвиженском приделе…
В 1997-м году, когда меня назначили на Московское подворье Оптиной Пустыни, я был в растерянности, так как монашеская жизнь мне была известна, а приходская, в роли настоятеля, была мне совершенно не знакома.
Тогда я обратился к отцу Леонтию за помощью: Батюшка! Дай мне, пожалуйста, несколько советов для молодого начинающего священника!
Отец Леонтий задумался и ответил: «Помни маленьких, а большие сами о себе напомнят!» И ещё мне запомнилась одна мудрая цитата: «Бабушки любят послушных батюшек!» – эта мысль тоже мне очень пригодилась, потому что не нужно спорить, нужно максимально прислушиваться к советам и помнить слова святых отцов: «Бог слушает послушных!». Я всегда с любовью вспоминаю отца Леонтия!
3 февраля исполняется 2 года со дня рождения в вечность протоиерея Леонтия!
Царствие Небесное дорогому и любимому Батюшке!!!



ИЗ ОПТИНСКОГО ПАТЕРИКА
22 января / 4 февраля 1894 года с миром почил о Господе скитской схимонах Тимон (Трунов). Жития его от роду было более 70 лет.



В миру Тимофей Петрович Трунов, родом из мещан города Коломны Московской губернии, но жил долгое время в Москве, работал на ткацкой фабрике. Рассказывал он, что однажды во время работ фабричных едва не поплатился своею жизнью. По недосмотру как-то нога его попала в ременную петлю, и потянуло было его кверху. Ткавшие около него женщины испугались и закричали, но сам Тимофей Петрович не растерялся, успел вовремя сбросить с ноги петлю и дать знать, чтобы остановили машину. Иначе всего бы его истрепало как мочало.

Поступил он в скит в 1863 году, имея от роду 41 год. Послушание ему определено было быть келейником у отца Константина, впоследствии отца Климента (Зедергольма), на каковом послушании он находился до самой кончины отца Климента. По времени к этому послушанию было ему прибавлено и другое – печь хлебы на скитскую братию. Всё это он исполнял рачительно и с любовью. Когда же отец Климент скончался, келейник его долго скучал о нём с болью сердечною.

Спустя 3 года после вступления в скитское братствоТимофей пострижен был в рясофор, а затем вскоре и в мантию, причём дано было ему новое имя – Тимон. Будучи знаком вообще с механикой, отец Тимон вздумал обучаться исправлять порченые часы. Скоро он в этом успел и по благословению старца иеросхимонаха Амвросия очень удачно поправлял стенные и карманные часы за самую умеренную цену. Однажды он очень искусно сделал для старца костыль и в свое время поднес ему. А старец, взявши костыль, нагнул мастера да так-то славно приударил его по спине новым костылём-то дважды. Не довольствуясь этой наградой, отец Тимон по смирению проговорил: «Еще, в третий раз!». Батюшка и в третий раз не поскупился. Так старец при удобных случаях каждого смирял по-своему.

Издавна у отца Тимона был неисправен желудок и к концу жизни совсем испортился. В предсмертной своей болезни он в продолжение сорока дней не мог принимать никакой пищи, так как всё принимаемое тотчас извергалось вон. В это время предлагали болящему принять пострижение в схиму, но он, не имея надлежащего понятия о схиме, отказывался. Раз в болезни, лёжа на койке, он размышлял: «Что это такое – схима? И для чего ее принимают?». Вдруг он явственно услышал обращенный к нему голос давно скончавшегося старца иеросхимонаха Амвросия: «Схимник!». Приняв это за волю Божию, он немедленно выразил желание постричься, что и было исполнено келейно. В сороковой день его неядения он увидел в сонном видении уважаемого всем православным миром Кронштадтского протоиерея отца Иоанна, который сказал ему так: «Сорок дней ты постился, теперь Бог да благословит причаститься Святых Христовых Таин». По слову доброго пастыря церкви Христовой отец Тимон сподоблен был причастия Божественных и Животворящих Таин.
4 февраля 1957 г. день рождения инока Трофима Татарникова. Леонид Иванович Татарников родился в поселке Дагон Иркутской области. После окончания железнодорожного училища работал машинистом, электриком на траулере Сахалинского морского пароходства, фотокорреспондентом в газете, шил обувь. С 1987 г. был алтарником в храме г. Бийска. В августе 1990 г. он приехал в Оптину Пустынь. 21 сентября 1991 г. послушник Леонид был пострижен в рясофор с именем Трофим.
В своем последнем письме к родным ин. Трофим писал: «Монах должен жить только в монастыре и в тайне… То есть монастырь – это житие в одиночку и молитва за всех. Это очень непросто». Таким его запомнили в Оптиной: вот о. Трофим помогает местным бабушкам вспахивать огород, вот утешает плачущую женщину, обещая помолиться за её пьющего мужа, вот готовит подарки своим любимым бабушкам – разноцветные платочки, приложенные к мощам Преподобного.
Ин. Трофим казался веселым, неунывающим иноком. Однако, когда после мученической кончины братий стали вспоминать их последние дни, то оказалось, что все трое, в том числе и ин. Трофим, предчувствовали свою кончину и даже начали раздавать свои вещи. 18 апреля 1993 г. во время пасхального звона ин. Трофим был убит сатанистом.



24 января/6 февраля 1888 года уснула вечным сном праведницы, получив от Господа воздаяние, соответствующее ее великой ревности и трудам Схимонахиня София (Болотова). Старец Амвросий при воспоминании о ней говаривал нередко с особенным чувством умиления: «Ах, мать! Обрела милость у Бога!»



«…О святости своей свидетельствуют чудесами…» – эти слова преподобного Амвросия, написанные в одном из писем к духовным чадам, в полной мере можно отнести к его любимой послушнице схимонахине Софии (Болотовой) – первой настоятельнице основанной им Казанской Амвросиевской женской пустыни в селе Шамордино Калужской губернии. И хотя прошло более 120 лет как схимонахиня София отошла ко Господу, она не оставила нас, слышит молитвы тех, кто с верой и надеждой просит ее заступничества перед Ним.
Мать София была незаменимой помощницей старца по устроению юной обители, его, что называется, «правой рукой». К сожалению, ее управление продолжалось недолго. Разумная, хорошо понимавшая и жизнь духовную, и дела хозяйственные, всею душой преданная старцу, она, под его непосредственным руководством вступив на путь иноческой жизни и приняв самое тяжелое в обители послушание начальницы, стала подвизаться с великой ревностью. В мокрую, холодную погоду в осеннее время, случалось, по целому дню, с утра и до вечера, ходила она сама по всей обители, следя за различными монастырскими работами, и уж к ночи возвращалась в свою келью, вся промокшая и, прозябшая. Эти труды и заботы, в соединении со строгой подвижнической жизнью, вскоре сломили ее крепкое здоровье.

Еще при жизни Великий Старец преподобный Амвросий говорил о своем любимом духовном чаде: «…Мать София свята!»

Матушка София всецело была предана руководству преподобного Амвросия, являясь его помощницей в устроении основанной им женской обители. При ней была открыта богадельня, детский приют, положено начало иконописной мастерской.

Будучи сама воплощением любви и смирения, она старалась привить эти качества сестрам. При жизни ее ставили в один ряд со святыми и великими женами древности, которые составляют славу Церкви.
24 января/6 февраля 1983 года в городе Сан-Франциско скончался ЕПИСКОП СИЭТЛИЙСКИЙ НЕКТАРИЙ (КОНЦЕВИЧ).
Отпевание состоялось 10 февраля 1983 года в Свято-Троицком монастыре. Отпевание возглавил архиепископ Западно-Американский Антоний (Медведев) в сослужении архиепископа Сиракузского и Троицкого Лавра (Шкурлы), девятнадцати священников при двух протодиаконах и четырёх диаконах.
С пением ирмосов «Помощник и покровитель» гроб был обнесен вокруг храма и предан земле за алтарём на братском кладбище Свято-Троицкого монастыря в городе Джорданвилль.
Епископ Сиэтлийский Нектарий (Концевич).
В июле 1922 года в Оптину Пустынь вместе с матерью приехал семнадцатилетний юноша Олег Михайлович Концевич, чтобы узнать о судьбе своего старшего брата Ивана Михайловича, воевавшего в рядах Добровольческой армии…
Пройдут годы, Иван Михайлович станет знаменитым церковным историком, автором сочинения «Оптина пустынь и её время», которое до сих пор является одним из основополагающих трудов по истории оптинского старчества.
А Олег Михайлович будет пострижен в монашество с именем Нектарий, в память о своем духовном наставнике – преподобном Нектарии Оптинском. В 1962 году отец Нектарий (Концевич) будет поставлен во епископа Сиэтлийского, викария Западно-Американской епархии и станет ближайшим сотрудником святителя Иоанна (Максимовича).
Незримым образом Владыка Нектарий сохранит в течение своей жизни тот особый оптинский дух любви и пастырского попечения о своих духовных чадах, которым славились оптинские старцы. «Святой монастырь Оптина, вспоминал епископ Нектарий, – в моей душе – особенно сильное впечатление в мои ранние годы. Любой человек, который посещал этот святой монастырь, ощущал обоняние духовного благоухания той благодати, которой Оптина была наполнена: дух древних пустынников царил там, принесённый учениками Паисия (Величковского). Все там поражало меня, вызывало уважение и благоговение и оставило неискоренимый след в моей душе навсегда».
Когда Олег Михайлович приезжал в Оптину Пустынь, он исполнял разные послушания с оптинской братией, любил прислуживать в алтаре, беседовал с иноками о монашеской и духовной жизни.
Ключарь Покровского кафедрального собора в Дес-Плейнс под Чикаго протоиерей Андрей Папков впоследствии вспоминал, что его духовный отец Владыка Нектарий, который был прекрасным спортсменом, рассказывал об одном благословении старца Нектария. Мать часто говорила своему сыну:
– Олеженька, твоё увлечение спортом не духовно. Вот поедем в Оптину Пустынь к старцу Нектарию, и он тебе запретит.
Приехали к старцу, мать жалуется на пристрастие сына к спорту, и вдруг старец Нектарий говорит:
– Спорт – очень хорошо! Бог благословит, занимайся!
Матушка сникла, а юноша воспрял духом. Но эта история имела продолжение. Будущий владыка Нектарий после окончания механического факультета Института путей сообщения работал инженером, но про свое увлечение не забывал и по совместительству подрабатывал инструктором по спорту (пятиборье). Вдруг он получает повестку в военкомат.
– Мамочка, меня вызывают в военкомат – я пойду в армию!
– Старец Нектарий сказал, что тебя не возьмут.
Он идёт в военкомат, его признают годным по всем статьям.
– Мамочка, я ухожу служить в армию: годен по всем статьям!
А она с уверенностью:
– Старец сказал, что тебя не возьмут, – значит, не возьмут.
И приходит письмо из военкомата: хоть призывник и годен, но как спортивный инструктор, по причине их нехватки в этом году, освобождается от воинской повинности и остается на гражданской службе».



7 февраля: день памяти старца Анатолия (Зерцалова)

Старец был учеником оптинских старцев Макария и Амвросия, занимал должность скитоначальника, окормлял сестер Шамординского монастыря.



Родился преподобный Анатолий, в миру Алексей Копьёв, в 1824 году в семье дьякона, служившего в храме села Бобыли Калужской губернии, и был в крещении назван в честь Алексия, человека Божия. Мать будущего старца мечтала о том, чтобы Алексей стал монахом. Неожиданно Алексей заболел туберкулёзом, в те времена, болезнь эта считалась смертельной. Юноша дал обет: в случае выздоровления поступить в Оптину пустынь, в то время ему было 29 лет.


Келья старца.

Старец Макарий сразу полюбил молодого послушника и повел его путем строго монашеского подвига. Будущему старцу давали тяжелые послушания. Первое послушание его было на кухне, и часто, не имея сил, он засыпал прямо на дровах. Только через десять лет, в 1862 году послушник Алексей был пострижен в мантию с именем Анатолия.
Молодой инок при каждой возможности пользовался свободной минутой, чтобы побыть одному в молитве и чтении где-либо вдали, в лесу, или поздним вечерком или ранним утром.

Однажды в Оптину приехал преосвященный Игнатий Брянчанинов, который, кстати , начинал свою монашескую жизнь в Оптиной. Святитель спросил, есть ли в монастыре инок, который имеет опыт Иисусовой молитвы, ему указали на Анатолия. Преосвященный долго с ним беседовал, говорил, что рад был встретить такого инока, образованного и опытного в духовных предметах, знакомого также и со светскими науками, даже сравнил его с Иосифом прекрасным. Не трудно догадаться, какова была реакция мудрого старца Макария- он гневно при всех начал укорять Анатолия: «А ты что вообразил о себе, что ты такой умный? Ведь Преосвященный из любезности сказал тебе так, а ты и уши развесил, думая, что это правда". Сам же старец потом сказал, бывшим с ним : „Ведь как вот не пробрать? Он монах внимательный, умный, образованный и уважаемый вот такими людьми. Долго ли загордиться?.."

У старца Макария, скитоначальника, было много дел, и он благословил Анатолия по духовным вопросам обращаться к старцу Амвросию. « Он пошустрее»,- так ст. Макарий объяснил свой выбор. После его смерти ст. Макария, Анатолий и Амвросий особенно сблизились.

В 1874 году отец Анатолий стал скитоначальником. Он продолжал с почтением относиться к старцу Амвросию. Однажды отец Амвросий, побеседовав с отцом Анатолием, стоящим перед ним как всегда, из почтения, на коленях, подозвал к себе одну особу и, показывая на преподобного Анатолия, сказал: «Рекомендую: мой начальник», преподав этим урок смирения и послушания.

В 1884 году был основан Шамординский женский монастырь - любимое детище ст. Амвросия, его лебединая песня. Ст. Анатолию поручил ст. Амвросий  окормление новосозданной обители. К преп. Амвросию сестры обращались, как к старцу, а к преп. Анатолию - как к отцу, который обращался с ними с удивительной добротой, вникая во все нужды. Эту краткую заметку о преп. Анатолии хочется закончить его поучением: «Живи, не осуждай, гляди на всех в хорошую сторону, не зазирай за людьми, и Бог покроет тебя. А еще скажу: кто читает молитву Иисусову, у того не бывает искушений».

7 февраля 1894 года на семидесятом году  жизни преп. Анатолий скончался. В 2000 году прославлен в лике святых.

Из оптинского патерика: Схимонах Нестор (Фуфаев). †25 января / 7 февраля 1905.



В миру Николай Васильевич Фуфаев, родом из мещан города Торопца Псковской губернии. Поступил в скит в молодых летах. Когда появилось у него желание иноческой жизни, он, по его словам, стал рассуждать так: «В монастыре, без сомнения, чай не пьют; куплю же я себе табачку и буду от скуки понюхивать». Как вздумал, так и сделал. Но, поступивши в скит, он увидел, что здесь делается совсем наоборот: чай пить дозволяют, а табак нюхать не велят. Так и пришлось его выкинуть в навоз. Он проходил послушание келейника у скитоначальника иеромонаха Илариона до самой его кончины, после чего перешел по собственному желанию из скита в монастырь, где пострижен был в мантию и наречен Нестором. Пострижение совершено было отцом игуменом Исаакием в скитской церкви. Восприемным отцом его от Евангелия был старец Амвросий.

Летом следующего года отец Нестор смертельно заболел тифозной горячкой, так что доктора – монастырский отец Нифонт и козельский Кустов – заявили, что надежды на выздоровление никакой нет. И потому его уже готовили к смерти: особоровали святым елеем, каждый день сообщали Святых Христовых Таин и, наконец, по благословению отца настоятеля и старца, постригли в схиму. Ему было тогда 28 лет. Но, к удивлению всех, и в особенности докторов, отец Нестор по молитвам старца Амвросия и при помощи Божией стал поправляться и совершенно выздоровел, а вскоре опять перешел на жительство в скит.

В продолжение всего своего пребывания в монастыре и в скиту отец Нестор имел непреодолимую охоту к пению, обучался хотя по малоспособности с трудом ноте церковной и партесной и неустанно лет 40 воспевал хвалу Богу. Голос у него был сильный, первый тенор, но только не имел вкуса в пении и потому не гнался за стройностью, а только чтобы погромче пелось. В этом было все его удовольствие. Вообще, он был человек добрый и благожелательный. Но только к старости последовало с ним искушение. По временам он стал предаваться винопитию. За это и скорбей много понес. Его поневоле перевели в скит, где проводится жизнь более строгая, становили в трапезе на поклоны во все продолжение обеда, делали строгие замечания. К концу жизни отец Нестор стал болеть разными недугами, и болел долго. Вследствие своей болезненности перешел в монастырскую больницу и там скончался 1905 года 25января/7февраля около полуночи, будучи приготовлен к исходу из сей жизни всеми христианскими Таинствами. Кончина его была мирная и покойная. Всей жизни его было более 60 лет.
   27 января /9 февраля 1928 г. прп. Никон Оптинский этапирован в «Кемьперпункт»

ПИСЬМА ПРП. НИКОНА ОПТИНСКОГО ИЗ КЕМИ
1928 г.

Честнейшая о Господе м. Евдокия!
   Получил вашу посылочку и сердечно благодарю за ваше внимание ко мне. Спаси Господи. Благодарю и за поздравление. Я уже писал, что близка сердцу моему ваша забота обо мне, но по совести говорю, что особых нужд не имею. Что будет мне необходимо, напишу. Господь меня хранит, я здрав и жив. Больная нога моя в хорошем состоянии. Я должен благодарить Бога за милости Его. Скорбь моя вам известна: скорблю о вас всех, скорблю о грехах моих. Да хранит вас всех Господь во здравии и благополучии. Всегда молюсь о вас, все вы близки и дороги мне. Я доселе еще не в Соловках. Если буду там, сообщу, Бог даст, а пока особых перемен в моей здешней жизни нет. Поскорбел я, получив извещение о смерти старца Нектария. Хотелось бы знать, какова была его кончина. Передай мой привет всем близким моим. Мир им и Божие благословение. Прошу у отцов моих духовных благословения и свв. молитв. Прошу и ваших молитв. Да укрепит Господь Бог силы твои и душевные, и телесные. Помню тебя, чадо мое. Мир ти и спасение, и Божие благословение. Вручаю тебя покрову Царицы Небесной. За все слава Богу. У нас погода хорошая, сухая, солнышко греет, но разница климата большая. Ночей почти нет.
Благословляет тебя грешный иером. Никон.

Дорогой о. Геронтий!
   Мира и радования о Господе усердно тебе желаю и прошу твоих свв. молитв. Посылку вашу получил. Я вижу из писем ваших, что вы беспокоитесь о мне, как я живу, как питаюсь и т. п. Сообщаю тебе и прошу передать всем дорогим и близким мне, что я доселе здоров и все благополучно; получаю довольствие два раза в месяц и сам готовлю себе обед; черного хлеба получаю по два фунта в день, а белый могу покупать в лавке за свой счет. Получаю подсолнечное масло, а если не хватит, всегда могу купить, так что масла не трудитесь присылать, имеется в лавке и сливочное масло. За деньги все можно достать. Одним словом, доселе основное питание: хлеб, масло, крупа, сахар – имеется в достаточном количестве. Рыбные консервы имеются. Хорошо бы иметь снетки или сушеную рыбу, но не вяленую, для супа. День у меня проходит незаметно: 8 часов, а со сборами и 9 проходит на должности моей сторожевой; это мне полезно, нахожусь на свежем воздухе, и занятие это по силам моим; 7-8 часов сплю, и 8 часов незаметно проходит за чаем, обедом и другими делами житейского нашего обихода. За все слава Богу! Хотелось бы мне иметь плащ брезентовый, непромокаемый в виде накидки или мантии, без рукавов и с капюшоном, некороткий, т. е. несколько покороче подрясника, чтобы закрывались колена; он необходим осенью при дождях, а сейчас, при хорошей погоде, довольствуюсь и тем, что мне прислали. Пришлите тогда при случае еще 3-4 пера «Эврики» и нелинованной бумаги несколько листов.
   Да хранит всех вас Господь под кровом милости Своей. Тебя и всех дорогих мне помню молитвенно и желаю вам всякого благополучия. Многим я не пишу по неимению на то возможности, но одинаково их помню, и сердце мое полно сочувствия к ним и их нуждам душевным и телесным. Спаси их Господи. Все вы мне близки и дороги. Прошу свв. молитв и прощения, а у отцев моих и благословения. Мне думается, что вы нуждаетесь более моего. У меня пока деньги имеются, и я нужды не имею. Спаси вас Господи за любовь и внимание. Господь сердцеведец да призрит на сердца ваши, и нужды ваши, и скорби ваши и да пошлет каждому по его потребности. Эти мои благожелания вам примите от меня как ничтожное воздаяние за вашу любовь и заботы о мне, ничего другого сделать ныне не могу. Прости.
Грешный иером. Никон.

Федор Михайлович Достоевский   (11 ноября 1821 — 09 февраля 1881)



«Главное - люби других, как себя»: Достоевский актуален и через 140 лет после смерти.
В начале февраля 1881 года Петербург стал свидетелем необычайного похоронного шествия. Более чем десятитысячная толпа собралась для того чтобы проводить в последний путь одного человека. Учебные заведения прерывали занятия, жители высыпали на улицы и часами пробивались к месту прощания — весь Невский проспект был заполнен людьми, которые в слезах шли за гробом.



140 лет назад, 9 февраля 1881 года, в день перенесения мощей святителя Иоанна Златоуста из Коман в Константинополь (в 438 году), умер Фёдор Достоевский.



В тот день у Фёдора Михайловича горлом пошла кровь, и он очень ослабел. Литературный критик и один из сотрудников журналов братьев Достоевских «Время» и «Эпоха» Николай Страхов вспоминал слова жены Фёдора Михайловича о том, что в самые напряжённые и непростые минуты своей жизни её супруг нередко раскрывал наудачу Евангелие, которое читал ещё будучи на каторге. Так он сделал и в этот раз. Анна Григорьевна зачитала ему строки из Евангелия от Матфея: «Иоанн же удерживал его и говорил: мне надобно креститься от тебя и ты ли приходишь ко мне? Но Иисус сказал ему в ответ: не удерживай, ибо так надлежит нам исполнить великую правду». Достоевский сказал: «Ты слышишь — „не удерживай“, — значит я умру». Это предчувствие совсем скоро оправдалось. Достоевский успел не только исповедаться и причаститься, но и проститься со своими родными и близкими. Дочь писателя, мемуаристка Любовь Достоевская, вспоминала этот день так: «Друзья, родственники собрались в гостиной, ибо весть об опасной болезни Достоевского распространилась уже в городе. Отец попросил их заходить друг за другом и каждому говорил дружеское слово. Силы его на глазах падали с каждым часом». Также Любовь Фёдоровна отметила впоследствии, что ей случалось бывать при смерти своих друзей и родных, но ни одна кончина не виделась ей такой светлой, как смерть её отца: «То была истинно христианская кончина — смерть без боли и без стыда (...) Он потерял сознание лишь в последний момент. Он видел приближение смерти, не боясь её». Днём его состояние ухудшилось, и Достоевский смиренно, постепенно слабея от потери крови, скончался.
1 февраля 1881 г. на Тихвинском кладбище состоялись похороны Ф. М. Достоевского. Вдова писателя Анна Григорьевна вспоминала, что Александро-Невская лавра предложила для его погребения любое место на своих кладбищах. Представитель лавры сказал, что монашество «просит принять место безвозмездно и будет считать за честь, если прах писателя Достоевского, ревностно стоявшего за православную веру, будет покоиться в стенах лавры». Место было найдено вблизи могил Карамзина и Жуковского; спустя два года был установлен памятник по проекту архитектора Х.К. Васильева и скульптора Н.А. Лаверецкого (мастерская Андрея Баринова).

День памяти писателя отметили во многих городах России. В православных храмах Москвы, Петербурга,Старой Руссы Фёдора Михайловича поминали на литургии и панихидами. И, конечно, в Оптиной пустыни - в день памяти свт. Иоанна Златоуста во Владимирском храме: ведь Достоевский внесен в синодик Оптиной на вечное поминание. Писатель посетил Оптину пустынь в июне 1878 г.

10 февраля церковь празднует память Собора новомучеников и исповедников, пострадавших и подвергшихся гонениям за веру после Октябрьской революции 1917 года.
Большинство из братий старой Оптиной прошли через горнило гонений. Материалами для их биографии, а во многих случаях для канонизации, служат протоколы допросов ОГПУ, архивные материалы и немногочисленные воспоминания современников. Оптину первый раз закрыли в 1918 году, но до 1923 г. она существовала под видом сельхоз. артели. В 1923 г. монастырь был закрыт окончательно. Оптинские монахи поселились, в основном, в Козельске и окрестных сёлах. Из донесения агента ОГПУ мы знаем, что Козельск они называли «Святой городок». В 1927 году в Козельске начались массовые аресты. Как говорили местные жители, «первый забор». В этом «заборе» оказался оптинский старец Никон (Беляев), погибший в северной ссылке. Следующий этап гонений пришелся на 1930 г., когда в Козельске чекисты арестовали монахов, монахинь и просто верующих, всего около 40 человек. В страшные 1937–38 годы были расстреляны многие оптинские братия и последний настоятель Исаакий (Бобраков).
Из пермской ссылки оптинский преподобномученик Викентий Никольский писал: «…как я доволен всеми своими новыми обстоятельствами, кроме частенько доходящих до голодания, скудости питания… так доволен таким промыслительным осуществлением всех моих мечтаний». Скончался в Локчимлаге. Погребен в безвестной могиле.
Всего 18 оптинских братий причислены к лику святых как новомученики и исповедники.
На фотографиях:
Оптинские братия незадолго до 1917 г.
Часовня на месте захоронения о Исаакия Бобракова на территории «Тесницких лагерей» в Тульской области, где проходили массовые расстрелы политзаключенных в 1937–1938 годах.



   13 февраля день памяти известного церковного писателя
Евгения Николаевича Погожева,
писавшего под псевдонимом Евгений Поселянин

   Он родился 21 апреля 1870 года в Москве в семье врача. Образование получил в 1-й московской гимназии, которую кончил с золотой медалью и на юридическом факультете Московского университета. Летом 1888 года перед поступлением в Московский университет юноша побывал в Оптиной пустыни и стал духовным сыном великого старца Амвросия, который благословил его писать в защиту Церкви и народности. «Русская душа, несомненно, носит на себе, предпочтительно пред людьми других народов, печать какой-то особенной помазанности, какого-то избрания, какой-то ярко выраженной небесности?», – отмечал писатель.
Вскоре Погожев получил известность как талантливый церковный журналист и писатель. Ему принадлежит высказывание о том, что старец Амвросий был мучеником любви к людям. Поддержку трудам молодого автора оказывал замечательный русский поэт Великий Князь Константин Константинович, печатавшийся под псевдонимом «К.Р.»

31 января / 13 февраля 1995 г. обретение мощей прп. Исаакия I Оптинского

   Божественным промыслом нам, живущим во времена безвременья, открыт светильник многосветлый, доныне находившийся под спудом, – всечестные мощи прп. старца Исаакия I. Они были обретены 13 февраля 1995 г. при восстановительных работах в храме Казанской иконы Божией Матери. По благословению священноархимандрита Оптиной Пустыни Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Алексия II в половине третьего того же дня сии свв. мощи были благоговейно подняты и по совершении литии наместником обители священноархим. Венедиктом с сослужащими, были перенесены в собор Введения во храм Пресвятой Богородицы, где с того времени не прекращалось чтение Псалтири и совершались литии. После праздника Сретения Господня, на 3-й день, началось приуготовление всечестных мощей Старца к их переоблачению.
Дивным смотрением Божиим накануне дня памяти св. вмч. Феодора Стратилата, которому вместе с вмч. Георгием посвящен тот придел Казанского храма, где покоились мощи Старца, перед полиелейной службой Великомученику вечером 20 февраля приехал преосв. Стефан, еп. Пинский и Лунинецкий. Незадолго до этого владыка Стефан также неожиданно был в Оптиной у всечестных мощей старцев Моисея и Антония после их обретения. После полиелея св. Феодору  Стратилату владыка Стефан отслужил заупокойную литию. Невольно вспоминаются слова еп. Калужского Виталия при отпевании прп. (старца Амвросия в 1891 г.: «Теперь я вижу, что это Старец пригласил меня на отпевание... Этот Старец так велик, что его непременно должен был отпеть епископ».
Явное и преславное чудо милости Божией совершилось 19 февраля, на 3-й день по перенесении честных мощей старца Исаакия I. Очевидцами было засвидетельствовано чудо истечения св. мира от иконы Живоначальной Троицы во Введенском соборе.

2/15 февраля 1820 г. монашеский постриг прп. Антония Оптинского
ИЗ ПИСЕМ ПРП. АНТОНИЯ ОПТИНСКОГО

   У каждого человека — свое горе: иному горе от ума, а другому горе без ума, а у вас, замечаю я, наиболее горя от многомыслия и самомнения. А посему, чем много думать и разговаривать с собою, лучше будет не много сказать: Не остави мене, Господи Боже мой, не отступи от мене: тми в помощь мою (Пс. 37, 22), и: «Всесвятая Богородице, время живота моего не остави мене; человеческому предстательству не ввери мя, но Сама заступи и помилуй мя!».
  Ропот на Бога бывает наиболее от людей горделивых или неразумных.
  Вы спрашиваете, как приучить себя к рассуждению? Это — дар Божий, а не человеческий, посему от людей и научиться невозможно. Св. Иоанн Лествичник говорит: «От смирения происходит послушание, от послушания смиренномудрие, а смиренномудрым Бог дарует и дар рассуждения». А как мы с вами более половины своей жизни прожили без послушания в своеволии, то и невозможно иметь нам оного, т. е. рассуждения. Почему и должны мы с вами отныне смиряться пред Богом и пред сообитающими с нами и сохранять очи свои от зазрения и осуждения других. Ибо как бы велики грехи в других ни представлял нам противник наш, но они в сравнении с нашими грехами имеют менее сучьев. И так будем просить Господа: «Господи, Владыко живота моего! Дух целомудрия, смиренномудрия, терпения и любве даруй ми, рабу Твоему!».

5/18 февраля 1845 г. погребение послушника Алексея Гуляева

   Алексей Иванович Гуляев из обер-офицерских детей. Служил в миру с 1783 г. в разных местах и должностях, а в 1821 г. вышел в отставку с чином коллежского советника со знаком отличия за 15-летнюю беспорочную службу и с пенсионом в 500 руб. ассигнациями, которые он получал до своей смерти. В брак не вступал. С 1838 г. жил в Коневской обители, а оттуда по своему усердию перешел в Оптинский скит в марте 1840 г. Из получаемого им пенсиона ежегодно уделял в монастырь по 150 руб. В декабре 1843 г. для скитской церкви сделал серебряную ризу на образ Богоявления, который находится в Предтеченском храме за правым клиросом. Тихо скончался в 1845 г. 5 февраля в воскресенье утром в 10 часов на 74-м году от роду. 6-го числа настоятель обители о. иг. Моисей служил в скиту литургию собором с о. иг. Варлаамом и иером. Никоном, а затем совершил и погребение.

О некоторых духовных лицах, имевших связь с Оптиной Пустынью

†5/18 февраля православный мир чтит память Сербского митрополита Михаила (Йовановича).

Митрополит Михаил (Йованович) является самым выдающимся и ярким деятелем Сербской Церкви 2-ой половины XIX в., чье имя вписано не только в историю Сербской Церкви, но и в историю российско-сербских отношений. Связи с Россией и Русской Православной Церкви с Сербией и ее Церковью насчитывали не одно столетие. Жизнь и плодотворная деятельность сербского первоиерарха была неразрывно связаны с Россией, игравшей ключевую роль на Балканах того времени.

Митрополит Сербский Михаил (Йованович; (†5/18 февраля 1897) – приезжал в Оптину пустынь при настоятельстве преподобного Моисея, после чего «наслаждался сладостным воспоминанием духовного братства, исполненного любви христианской».
20 февраля

Многие оптинские постриженики и воспитанники впоследствии были назначены на должности настоятелей других монастырей, где старались воплощать заветы Оптинских преподобных и насаждать дух родной обители. Всех их перечислить невозможно, но имена некоторых известны. Схиархимандрит Никодим (Демутье; †7/20 февраля 1864) – постриженик Оптиной пустыни, назначенный на должность настоятеля Мещовского Георгиевского монастыря (1842), а затем – Малоярославецкого монастыря Калужской епархии (1853–1864).

Около шести лет провел в Оптиной пустыни в будущем архимандрит Никодим (Демутье), там был пострижен и рукоположен в иеродиакона и иеромонаха. В миру его звали Николаем Петровичем Демутье, он был дворянин (родился в 1800 году). На восемнадцатом году жизни по окончании кадетского корпуса стал офицером, но почти сразу тайно от всех ушел искать монастырской жизни. До Оптиной был на послушаниях в Одесском Успенском, Площанском монастырях, в Сергиевой пустыни под Петербургом (когда там был настоятелем будущий святитель архимандрит Игнатий Брянчанинов). В 1842 году отец Никодим был назначен настоятелем в Мещовский Георгиевский монастырь, который был совершенно разрушен бурей в 1837 году... В 1853 году он стал после игумена Антония, ушедшего на покой в родную свою Оптину, настоятелем Малоярославецкого Николаевского монастыря. В 1862 году архимандрит Никодим вышел на покой, оставшись в своей обители, здесь и скончался 7 марта 1864 года. В житии его сказано, что он при жизни, будучи уже архимандритом, в отношении братии «держал себя не как начальник, а как старший брат; в отношении к архипастырю как послушнейший сын, в отношении к старцам, опытным в духовной жизни, и в особенности к великому старцу отцу Макарию, как покорный и преданный во всем ученик... .

Он сам выметал пыль из своей келии, всегда сам для себя ставил самовар, поставлял и убирал чайную посуду. Ходил в дубленом полушубке и в лаптях. Среди занятий по управлению монастырем он часто думал об уединенной жизни...». На «покое» он весьма много молился, оставляя келию только в воскресные и праздничные дни для слушания церковных служб. Правила свои читал по скитскому чину. То, что он получил в Оптиной пустыни как монах, он сохранил на всю жизнь.
Иеросхимонах Александр (Стрыгин)
†9/22 февраля 1878
Затворник, делатель молитвы Иисусовой – оптинский постриженик, впоследствии перешедший в Гефсиманский скит Свято-Троицкой Сергиевой Лавры; Старец Александр (Стрыгин) положил начало своей монашеской жизни в Оптиной пустыни, где вместе с будущим преподобным Амвросием Оптинским проходил одно послушание и вместе с ним ходил для духовного наставления к старцу Леониду (Льву). Эта духовная дружба не прекратилась и впоследствии: когда отец Александр принял старчество в Гефсиманском скиту, преподобный Амвросий нередко присылал к нему своих духовных чад на исповедь.

Сам старец рассказывал: «Слышал я, что близ Троице-Сергиевой лавры устроился скит Гефсимания, весьма удобный для безмолвия. Отправившись туда, я по дороге заехал на свою родину; взял с собою своего родителя Димитрия и с ним поступил в число братства Гефсиманского скита».
Это было в 1851 году.
На исходе 1862 года святитель Филарет благословил отца Александра на полное затворничество. В 1871 году, отслужив раннюю обедню в Успенском храме, он затворился в келье и прожил в ней до самой своей блаженной кончины.
Однако свет духовной мудрости не мог укрыться от очей любивших и искавших этого света: к отцу Александру ходила братия из скита, из Сергиевой лавры, Киновии, Параклита и других обителей. К старцу ходило и множество мирских.
Отец Александр всегда бегал известности, которая, не принося пользы, могла питать только суетное тщеславие. Известность тяготила его, и старец, смиряя себя, часто говаривал со вздохом: «Горе тому, слава которого выше дел его».
Из поучений старца:
Ученик. Батюшка, нам, мирским людям, часто нет времени сходить в храм Божий. И дома молиться препятствуют различные дела. Если даже пойдешь в церковь, то нередко думается, что произойдут от того опущения в делах.
Старец. Это вы говорите только для того, чтобы не признать своей неправды и оправдаться. Если мы имеем усердие ко храму Божию или к молитве, то никакие дела нам не воспрепятствуют. Когда придет, например, к вам в гости кто из родных или знакомых или случится что-либо подобное, то вы оставляете свои дела и идете к гостям. А на молитву у вас нет времени: так мы делаем дело Божие с леностью и небрежением.
Провести с кем-либо в праздной беседе несколько часов мы готовы, и рады были бы продолжать беседу после того, как она окончится. А когда станем на молитву, тотчас становится скучно, и представляются дела неотложные, и что настало уже время отдыха, и прочие невзгоды приходят.
26 февраля. Окрылённые Оптиной

Архиепископ Богучарский (Болгария) Серафим (Соболев; †13/26 февраля 1950) – аскет, молитвенник, богослов; духовный сын преподобного Анатолия (Потапова) Оптинского.

Когда Николай Соболев перешел на шестой курс академии, то инспектор архимандрит Феофан поставил ему ребром вопрос: будет ли он монахом? Николай, считая себя по смирению недостойным монашеского подвига, очень мучился этим вопросом, не зная, какова воля Божия о нем. За разрешением своего недоумения он обратился письменно к о. Иоанну Кронштадтскому, но тот ничего не ответил на его письмо. Он спросил о том же старца Анатолия Оптинского (Потапова), но старец написал ему, что заочно не может дать ответа на его вопрос.

Когда Николай получил письмо о. Анатолия Оптинского, то заскорбел еще больше, ибо ниоткуда не мог получить на свой вопрос прямого ответа, который указал бы ему волю Божию.

В это время он читал житие святого Серафима Саровского; раскрытая книга лежала у него на столе. В грустном раздумье Николай стал ходить по комнате. Но вдруг его озарила мысль: «Какой же я неверующий! Ведь святой Серафим Саровский и сейчас жив. Он у Престола Святой Троицы, он и сейчас может разрешить все недоумения и вопросы, если мы с верой будем обращаться к нему в своих молитвах. Подойду я сейчас к столу, на котором лежит книга с жизнеописанием святого Серафима Саровского, обращусь к нему, как к живому, упаду на колени, буду умолять его решить мой жизненный вопрос: жениться ли мне и быть священником или же принять монашество?»

Так Николай и сделал. Положив земной поклон, с молитвой раскрыл книгу и прочел то место, которое ему попалось. Вот что было там написано: «В 1830 году один послушник Глинской пустыни, чрезвычайно колебавшийся в вопросе о своем призвании, нарочно прибыл в Саров, чтобы спросить совета у о. Серафима. Упав в ноги преподобному, молил его разрешить мучивший жизненный вопрос: “Есть ли воля Божия поступить ему и брату его Николаю в монастырь?” Святой старец отвечал послушнику: “Сам спасайся и брата своего спасай”».

Эти слова преподобного Серафима Саровского Николай принял как дивное откровение от Бога о необходимости для него принять монашество, что отвечало его глубокому сердечному желанию. С этого момента он начал думать, что монашество не только его собственный жизненный путь, заповеданный ему Богом, но и путь его родного брата Миши, впоследствии архимандрита Сергия.

26 января 1908 года Николай Соболев был пострижен в монашество. Когда во время пострижения Николай услыхал: «Брат наш Серафим постригает власы главы своея», то вздрогнул от изумления и преисполнился великой любовью и благодарностью к преподобному Серафиму, подумав: «Он не только открыл мне волю Божию быть монахом, но ему угодно было взять меня под свое благодатное руководство».

Приняв монашество, новопостриженный монах Серафим предался подвигу строгого поста и непрестанной молитвы. Он в продолжение многих лет вкушал пищу только один раз в день.

Закончив академию с ученой степенью магистра богословия, в разряде лучших студентов, о. Серафим был рукоположен в сан иеромонаха и назначен преподавателем пастырского училища в Житомире. Вскоре по болезни о. Серафим был переведен на должность помощника смотрителя духовного училища в Калугу. Во время проживания в Калуге о. Серафим часто ездил в Оптину пустынь, где посещал старцев — ныне преподобных Анатолия, Варсонофия и Иосифа. Отец Анатолий относился к нему с особенной любовью и был его духовником.
26 февраля 2018 года исполнилось 80 лет
Александру Андреевичу Проханову


14/27 февраля 1888 г. постриг в схиму прп. Иосифа Оптинского
   В 1861 г. Иван Литовкин был принят послушником в скит Оптиной Пустыни и назначен работать на кухню, а затем был взят в келейники к прп. Амвросию и прожил в его хибарке 50 лет. Келлия Старца целыми днями была переполнена богомольцами, вследствие чего Ивану пришлось пережить множество искушений. Но своим необыкновенным смирением и терпением, которые возрастали все более и более, он благодушно переносил все ниспосылаемые скорби, своим кротким нравом смиряя даже своих недоброжелателей. В 1864 г. он был одет в рясофор, а в 1872 г. пострижен в мантию с именем Иосифа. Серьёзное его настроение с той поры стало особенно сосредоточенным и глубоким. О. Иосиф пребывал в полном и безропотном послушании к старцу Амвросию, коему послушанию дивились не только миряне, но и духовные лица. Так, однажды о. Амвросия поджидал иг. Исаакий, будущий настоятель. Взяв со стола книгу и начав ее читать, он спросил у старшего келейника: «О. Михаил, благослови мне почитать эту книжку!». О. Михаил с низким поклоном добродушно ответил: «Сделайте одолжение, о. игумен, какую вам угодно». Тут вошел о. Иосиф, и о. Исаакий обратился к нему с тем же вопросом. Истинный послушник скромно ответил: «Сейчас, я спрошу у Старца...».
  В 1877 г. он был посвящён в сан иеродиакона, однако во время сорокоуста у него сделалось воспаление в правом боку, отчего он чуть не умер. Своей келлии он не имел и спал в приёмной Старца, которая часов до 11 вечера была всегда заполнена народом. В 12 он ложился, а в 1 час, когда был чередным служащим, должен был быть уже в храме. Однажды о. Иосиф уснул прямо на пороге приёмной, так что прп. Амвросий, проходя к себе, споткнулся о спящего келейника. А тот, проснувшись, лишь виновато улыбнулся. Через свое беспрекословное послушание о. Иосиф достиг такого смирения, которое впоследствии вознесло его на великую духовную высоту.


15/28 февраля 1855 г. день рождения
прп. Анатолия мл., Оптинского


  В Прп. старец Анатолий, прозываемый младшим, или «маленьким», в миру Александр Алексеевич Потапов, родился 15/28 февраля 1855 г. в первопрестольном граде Москве, где и прошли его детские и юношеские годы. Ещё в молодости он твердо решил поступить в монастырь, но по требованию матери и из любви к ней вынужден был задержаться в миру на 11 лет, вплоть до её кончины. Он учился в уездном училище, а затем занимался торговым делом, благодаря чему узнал мир, увидел множество людей, побывал в различных житейских ситуациях. Эти годы стали приготовлением к старческому служению, а полученный опыт пригодился впоследствии в духовном окормлении приходивших к нему людей.
   В 1885 г. в возрасте 30 лет Александр поступил в Оптину Пустынь и был определен в скит на послушание келейника прп. Амвросия. В 1888 г. он был пострижен в рясофор. Будучи келейником великого Старца, о. Александр стал свидетелем духовных подвигов и старческого служения последних лет жизни прп. Амвросия, когда к его хибарке в скиту притекала за советом и утешением вся Россия. Современники с любовию вспоминали келейника Александра, отмечая необыкновенное радушие, благожелательность, приветливость и благодушие будущего Старца. Уже тогда, когда он был келейником, за ним замечали случаи прозорливости. Богомольцы, приходившие к Старцу, шутя говорили: «Какой чудесный келейник у о. Амвросия, лучше самого Батюшки!». После смерти прп. Амвросия о. Анатолий стал келейником у его преемника, прп. старца Иосифа Оптинского.

ОПТИНСКИЕ СВЯЗИ ЕПИСКОПА МИХЕЯ (АЛЕКСЕЕВА); скончался 3/16 февраля 1931 года.


Каждую неделю причащался Святых Христовых Тайн в Андреевском соборе Кронштадта командир 7-го флотского экипажа капитан 1-го ранга Михаил Федорович Алексеев, морской офицер из дворян. Он в течение почти двадцати лет, с 1872 года, был духовным чадом протоиерея Иоанна Ильича Кронштадтского и считался своим человеком в соборе – батюшка разрешал ему прислуживать в алтаре. И вот, Великим постом 1890 года, ненастным мартовским днем пришел он к отцу Иоанну с горестным известием о скоропостижной кончине своей молодой супруги. Сразу же после похорон потрясенный горем капитан по благословению своего духовного отца подал рапорт об отставке и вскоре получил ее. Отец Иоанн, зная его благочестивое устроение и превышающую всякие земные привязанности любовь к Богу, благословил его вступить на путь монашества, идти послушником в Иоанно-Предтеченский Скит Оптиной пустыни под руководство великого старца Амвросия.

Старец Амвросий с любовью принял его под свое крыло. «Я здесь укрепился, – писал впоследствии владыка, – оставил земную суету и, вдумываясь в свои дела, исправлял свои недостатки под руководством старцев».
10 октября 1892 года архимандрит Антоний (Храповицкий), ректор Московской Духовной Академии, постриг Михаила Федоровича в мантию с именем в честь преподобного Михея, ученика св. Сергия Радонежского.
В 1896 году о. Михей окончил Духовную Академию и был выпущен со званием кандидата богословия. В дальнейшем он пережил множество назначений.

В любви к ближнему мало было ему равных среди иерархов; среди множества епархиальных забот он всегда находил время для сбора средств в пользу нуждающихся крестьян, особенно детей. Многие детские приюты получали собранную им помощь. В связи с этими делами у него были встречи и переписка с Великой Княгиней Елисаветой Феодоровной, впоследствии преподобномученицей. Она часто благодарила владыку Михея за помощь не только бедным, но и паломникам в Святую землю и Русской Православной Миссии в Иерусалиме. Позднее они встретились и в Оптиной Пустыни.

Со временем здоровье владыки пришло в большое расстройство, так что он вынужден был проситься на покой. Синод уволил его на покой в Почаевскую Лавру, но владыка вскоре добился перемещения на покой в родную Оптину Пустынь. Здесь его приняли с любовью. «Покой» его заключался, несмотря на слабое здоровье, не в отдыхе и праздности, а в постоянном служении в храме и в собеседовании с братией о духовном. К нему за разрешением многих вопросов постоянно обращались и благочинные, и настоятели.

В 1919 году в государстве усугубилась всеобщая разруха. Хотя Оптина Пустынь попала в список историко-культурных памятников и потому должна была быть сохранена, ее теснили и исподволь уничтожали.
Среди оптинцев начались аресты: братий арестовывали, но пока, до времени, отпускали. В 1922 году вместе со старцем Анатолием арестован был и владыка Михей, но потом их отпустили. В 1923 году многие монахи вынуждены были покинуть обитель и поселиться на частных квартирах в Козельске. Владыка Михей поселился близ Козельска, в деревне Морозово, у родственницы своей покойной супруги, имевшей там небольшую усадьбу. Владыка был болен, но изредка служил в приходском храме.

Вскоре по требованию Калужского губисполкома оптинские монахи должны были покинуть пределы губернии и возвратиться каждый на место своего рождения. Находившиеся в Козельске иноки во главе с архимандритом Исаакием написали общее заявление с просьбой отменить это требование, так как в родных местах у них не осталось никого за давностью времени. Написал бумагу в таком же духе и владыка Михей.

Живя в Козельске, владыка Михей не терял связи с другими оптинскими подвижниками, рассеянными по разным местам, служил в Козельском Успенском соборе и в одной из приходских церквей и был почитаем народом за праведную жизнь.

То, что в Козельске не было обновленцев, является немалой заслугой и епископа Михея, который принимал их в общение не иначе как через покаяние.

Владыка Михей скончался 3/16 февраля 1931 года, в день святых праведных Симеона и Анны, и был похоронен на Пятницком кладбище Козельска. На погребение никто из епископов приехать не смог, оно было самым скромным. Могила его сохранилась до наших дней. В далекой северной ссылке, в деревеньке под Пинегой, умиравший от туберкулеза оптинский иеромонах Никон, узнав о кончине владыки Михея, поскорбел и вознес молитву об упокоении его души. Владыка Михей был членом Оптинского братства – здесь начал монашеский путь, здесь и закончил.

Летом 2005 года останки епископа Михея были перенесены в Оптину пустынь и захоронены на новом братском кладбище монастыря.
27 февраля 1947 г. ушел из жизни выдающийся художник – Лев Александрович Бруни. Похоронен на Даниловском кладбище в Москве.


Л. А. Бруни происходил из семьи с давними художественными традициями: его прадедом был известный акварелист прошлого века П. Ф. Соколов, среди родных был знаменитый живописец-академист Ф. А. Бруни, в родстве он был и с семьей Брюлловых (прабабушка была сестрой Карла Брюллова). Сам Лев Бруни в детстве был уверен: "Все люди - художники".



Его собственный природный дар был неизбежен. Когда один из его рисунков попал к Александру Бенуа, тот отозвался о 14-летнем мальчике как о состоявшемся таланте. Профессиональное обучение Бруни было довольно кратким: две зимы в Академии художеств, год в Париже. Молодой художник, которому едва исполнилось 20, начал выставляться вместе с "Миром искусства" и сразу стал известен. Все давалось ему легко, все вокруг его любили, называя не иначе как Левушкой. Один из знавших его вспоминал: "Он был моложе всех нас, казался мальчиком, но умел собирать и сталкивать людей лбами..."



В ноябре 1916 года художника призвали в армию. А вскоре со все нарастающей настойчивостью зазвучала "музыка революции". Ее гипнотическому ритму поддались многие, но не Лев Бруни. Для него гораздо важнее был другой звук - пусть никому больше не слышная, но для него отчетливая мелодия его собственной судьбы. Летом 1917-го он едет на Урал, в Миасс. Там живет со своей семьей Константин Бальмонт и ходит в гимназию дочь поэта - Нина. Венчание Нины Бальмонт и Льва Бруни состоится в том же Миассе весной 1919 года.



Мир вокруг будет рушиться в хаосе гражданской войны. Они поедут на восток - в Омск, потом Ново-Николаевск. В этот период бездомных скитаний художник и перестанет писать маслом. Но зато он, как никогда раньше, научится рисовать все: берег озера и спящую жену, цветочные горшки и коляску их первенца в окружении кур и щенят... Это будут не просто дневниковые "зарисовки с натуры" или протокольные репортажи. Это будет то, что на языке искусствоведческих дефиниций носит название "станковая графика". Короче, законченные и самодостаточные произведения искусства.



Вернувшись в Петроград, Бруни вновь тесно общается с Татлиным, даже живет у него в мастерской, где творится модель утопического памятника III Интернационалу. И иллюстрирует фантасмагории Гофмана. В общем. Лев Александрович не становится активным создателем нового революционного искусства. Обстоятельства словно отводят его от этого. Так, в последний момент был отклонен уже готовый проект ноябрьского оформления Дворцовой площади. А сам Бруни перебирается в Москву по приглашению В. Фаворского. С семьей уезжает в Оптину пустынь и подолгу живет там. Именно в 20-е годы в Оптиной художник создает свои лучшие вещи.
В 1923 г. художник переезжает в Москву. Здесь он преподаёт в художественных институтах, занимается иллюстрированием изданий. Его легкими, трепетными рисунками украшены книги "Дон-Кихот" М. Сервантеса (1924), "Исповедь сына века" А. Мюссе (1932), "Шахнаме" Фирдоуси (1934), "Лирика" Низами (1947) и др. Особое место в творчестве Бруни занимает монументальное искусство.

С 1935 г. и до конца жизни художник руководил мастерской монументальной живописи, созданной с его участием при Академии архитектуры СССР. В самой удачной из его собственных монументальных работ художнику удалось сохранить, переведя в громадный масштаб, подвижное изящество своей акварельной техники. Населенные зверьем романтические джунгли написал он акварелью по шелку на стенах зимнего сада в Центральном доме пионеров в Москве (1935-36). Им же созданы фрески для столичного Музея охраны материнства и младенчества (1933, совместно с В. А. Фаворским), для текстильного комбината в Ташкенте (1936), павильонов Всесоюзной сельскохозяйственной выставки (1939). Бруни принадлежит и роспись плафона в зрительном зале Центрального театра Советской Армии. В мертвящей атмосфере официального "реализма" 1930-40-х гг. подвижное, легкое искусство Бруни оставалось живым островком эмоционального поэтического творчества.

Оптина пустынь
Лев Бруни впервые по сетил Оптину пустынь в 1916 году. Знакомство с отцом Нектарием, последним оптинским старцем, существенно повлияло на его судьбу. По благословению старца он женился на Нине Бальмонт. Роль старца в жизни семьи стала определяющей после возвращения семьи из Сибири, когда они зимой 1921 года поселились около Оптиной, а с 1923-го – и в самом монастыре. Вместе с Анной Александровной Соколовой стали свидетелям и последних лет существования пустыни, ареста монахов и высылки старца Нектария в Холмищи. Но и тогда связь с ним не оборвалась – неоднократно ездили к своему духовному отцу, вплоть до его смерти в 1928 году. Лев Александрович был православным христианином и церковным человеком . В его мастерской всегда висела фотография «Троицы » Андрея Рублева. Даже в сообществе художников, где ломка устоев и ниспровержение авторитетов считались необходимыми атрибутами, он, без малейшего ханжества, отстаивал свои религиозные принципы. С этим его качеством считались, хотя далеко не все понимали и принимали. Вопросы веры в разговорах Пунина и Бруни обсуждались, несомненно, многажды. Пунин писал Анне Ахматовой в 1926 году: «Бруни рассказал, что одному подвижнику [имеется в виду старец Нектарий] он говорил о том, что иногда в отчаянии себя обвиняет в великих преступлениях – это он сказал по поводу моих жалоб ему , что мои дела и искусство тоже от тщеславия, – и что ему тогда до слез бывает, а подвижник ему ответил: слезы бывают от покаяния и от умиления, но что “нам с вами далеко до этого дара. А благодать и дар, если слезы идут сами”. Впечатление человека глубоко религиозного Лев Александрович производил и на других людей. «Лев Бруни <...> жил в сфере искусства и религии. Он был духовным сыном старца Нектария. Одно из таких «сближений» произошло в жизни Льва Бруни в 1922 году. Летом он познакомился с приехавшей в Оптину Верой Угримовой (в замужестве Рещиковой), дочерью известного профессора Александра Ивановича Угримова. Из Оптиной Вера Александровна была неожиданно вызвана телеграммой в Москву в связи с арестом ее близкого друга Сергея Фуделя. Домой в Плотников переулок она попала незадолго до прихода чекистов; кроме нее из семьи дома не было никого, поэтому все тяготы ночного обыска и допроса пришлись на нее. Ушли утром, а наследующий день Вера Александровна узнала, что ночью обыски были у многих видных деятелей науки и культуры: ректора Московского университета М.М.Новикова , историка Б.П.Вышеславцева, философа И.А.Ильина.

Лев Бруни не застал все эти события , так как вместе с семьей обосновался в Оптиной пустыни накануне ее уничтожения, в начале 1923 года. Это уже был музей «Оптиной пустыни». Сначала Бруни поселились в скитском домике около пруда (за что их осуждали некоторые местные жители). Но вскоре переехали в свободное помещение, отведенное «комендантом Оптиной пустыни, в деревянном здании бывшего малогоконного двора внутри ограды музея».

Старец Нектарий покровительствовал семье Бруни, а Льва Александровича любил особенно и называл его «нашим Рафаэлем».
Поиск по сайту.
телефон
8-910-525-15-42
117463, г. Москва, Новоясеневский пр-т., д.42
Назад к содержимому